Окт 042012
 

Эта трогательная история – не о йоге, в смысле асан и пранаям. Однако она – о любви. И о том, как живые существа могут помогать друг другу. 

Автор истории — Сулейка Джавад, 24-летняя журналистка из города Саратога Спрингс в США. В своей колонке «Прерванная жизнь» в газете «Нью-Йорк Таймс» она делится впечатлениями жизни молодой девушки, заболевшей раком. Сулейка в Твиттере: @suleikajaouad.

Лучший друг больного раком

В детстве я мечтала стать ветеринаром. В 4-5 классах  каждый день после школы я работала волонтером в лечебнице для животных. Я не рассматривала это как «интернатуру» — мне казалось, что я буду работать в этой отрасли.  В 10 лет попросила подарить мне на день рождения инкубатор, и к весне катала в кукольной красной коляске дюжину цыплят. В средней школе  выгуливала собак из местного приюта для животных. По мере того как я взрослела, появились колледж, летние путешествия, первая настоящая работа в юридической фирме во Франции. Я входила в «реальный мир», как говорят на церемониях вручения дипломов. И в моей взрослой жизни не было места для собаки.

Через полтора года я заболела раком, и вместе с ним вернулась домой. Я умоляла родителей о щенке, совсем как в детстве. Но «медицинская» реальность была такова: моя ослабленная химеотерапией  иммунная система не вынесла бы собаку. Врачи запретили, не раздумывая, хотя я продолжала спрашивать каждые несколько месяцев.

В начале сентября позвонила одна из медицинских сестер моей клиники. Вместо того чтобы сообщить об изменении времени приема или дозировки лекарств, она сказала: «Доктора дали «зеленый свет» пушистому другу».  Это был настоящий шок. Они даже настаивали на домашнем питомце.  Мой иммунитет стал сильнее – не так хорош, как мог бы, но относительно неплох для пациента, которому 6 месяцев назад сделали пересадку костного мозга. И забота о животном, сказали врачи, может оказать лечебное воздействие. Мне постоянно выписывают лекарства, но я не думала, что получу рецепт на щенка!

Я не стала терять время. В тот же день мы с моим парнем, Сеамусом, пошли в «Звериный рай» — организацию по спасению животных в Нижнем Манхеттене. Пока мы знакомились с их собаками, я почувствовала себя ошеломленной. Там были большие, маленькие, молодые и старые. Как я могла выбрать пушистого друга, словно туфли в каталоге?  Но когда я увидела Шнудла, крохотного девятимесячного щенка – помесь шнауцера и карликового пуделя, с большими карими глазами, мягкими щенячьими ушами и пушистым белым мехом, – я не могла устоять. Мне не понадобилось смотреть на остальных собак. Я знала, что должна забрать его домой. В такси Шнудл превратился в Оскара – в честь моего любимого писателя, Оскара Уайльда, и любимого футболиста Сеамуса – Оскара Робертсона.

С того момента, как мы взяли Оскара, я пребываю в легкой эйфории. Забота о питомце – желанное отвлечение от будней больного раком. Когда я держу Оскара на руках, мне тут же становится лучше. Он со мной только 13 дней, но теперь мое излюбленное времяпровождение – наблюдать, как он спит, подергивая маленькими черными лапками, гоняясь за зайцами в своих щенячьих мечтах. Тепло его тельца и ровное биение собачьего сердечка рядом с моим отвлекает от печалей. Оскар мгновенно переносит меня в настоящее.

За недолгое время, которое Оскар есть в моей жизни, он успел повлиять на мои взаимоотношения с людьми. Теперь прохожие, вместо того чтобы пялиться на мою лысую голову, останавливаются поиграть с Оскаром и сказать мне, какой он милый. Соседи по дому здороваются с Оскаром прежде, чем со мной. И мы с парнем обсуждаем не симптомы и недельный план лечения, а играем с собакой, отправляемся на долгие прогулки по парку и водим Оскара на занятия по дрессировке. Приятно не быть центром внимания – для разнообразия.

Правда в том, что я больна раком. Мне нужно принимать дополнительные меры предосторожности, например, надевать перчатки, когда я убираю за ним, и тщательно мыть руки. Это работа, но мне нравится, что в жизни появился стержень, которого часто недостает раковым больным. Мой парень помогает ухаживать за Оскаром, и я могу отдыхать, когда нужно.

В настоящее время у меня «малая ремиссия», так это называют, говоря о тяжелобольных лейкемией, живущих  первый год с трансплантатом. Я все еще волнуюсь перед каждым приемом у врача, ожидая услышать, что последние сданные анализы – хорошие. Я по-прежнему принимаю лекарства (по последним подсчетам – 23таблетки в день). И каждые три недели я прохожу пятидневный курс превентивной химиотерапии.

Однако то, что мне вообще можно держать животных – явный знак улучшения. Моя иммунная система становится сильнее, так говорят доктора. Оскар не может изменить то, что происходит в моем костном мозге. Но я чувствую, что он уже сотворил чудо.

 P.S. Сегодня – всемирный день защиты животных. Берегите пушистых друзей!

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

 Оставить комментарий

(требуется)

(требуется)