Йога Васиштха

Материал из Энциклопедия Йоги
Перейти к: навигация, поиск

Содержание

Йога Васиштха

Высочайшая Йога Васиштхи. Книга Первая. Вайрагья Пракарана. О разочаровании.

перевод Свамини Видьянанда Сарасвати

Адвайта Веданта в России

advaitavedanta.ru

По вопросам копирайта — advaitavedanta.ru@gmail.com

Разрешается некоммерческое копирование и публикация на сайтах без изменения содержимого и с ссылкой на сайт http://advaitavedanta.ru

По вопросам иного использования обращаться по адресу advaitavedanta.ru@gmail.com

Первое интернет–издание — 2009

Второе интернет–издание, исправленное — 2015

От переводчика

Перед вами — знаменитая Йога Васиштха, впервые переведённая на русский язык с оригинала на санскрите. Йога Васиштха — глобальная книга огромных размеров, и полный перевод её с санскрита займёт несколько лет. По мере перевода, текущие рабочие версии становятся доступными в сети, в частности, на сайте переводчика http://advaitavedanta.ru, или в её блоге http://advaitavedanta.livejournal.com.

Йога Васиштха — древнейшее учение недвойственной философии, переданное известнейшим ведическим мудрецом Васиштхой Раме, божественному герою Рамаяны. В Йоге Васиштхе обсуждаются важнейшие философские принципы, природа личности и мира, Сознание, Существование и т. д., — все это детально раскрывается в многочисленных иллюстрациях, историях, комментариях. Целью этого писания является достижение Мокши — освобождения через понимание и практическое переживание Реальности. Сложные темы обсуждаются с изящной простотой, и доступны и искушённому искателю, и начинающему, и даже ребёнку. Йога Васиштха занимает важное место в истории индийской философии, сравнимое с Упанишадами и Бхагавад—Гитой. Части Йоги Васиштхи легли в основу некоторых второстепенных Упанишад, таких как Маха, Аннапурна, Акши и т. д. Также велик её вклад в развитие науки и поэзии. Люди с весьма различными интересами найдут в ней пищу для раздумий.

Автором Йоги Васиштха традиционно считается Валмики, а время создания определяется как не позже 5 века, хотя и тот, и другой факт открыты для дискуссий, и у обоих есть оппоненты, доказывающие другие точки зрения. Существуют веские факторы в пользу того, что Йога Васиштха написана Васиштхой. Возможно, это был один из потомков клана исторического мудреца Васиштхи, т. к. все члены этого клана носили имя Васиштха. Вполне возможно, что Йога Васиштха создавалась в несколько этапов в течение нескольких столетий и, соответственно, имела нескольких авторов.

Йога Васиштха — непревзойдённое по поэтической красоте и философским глубинам произведение, раскрывающее сложные концепции простым языком, хотя из–за частых повторов, лирических отступлений и некоторых противоречий, оно не считается авторитетным философским трактатом, для которых свойственна сухость и краткость изложения. Это скорее поэтическое произведение, и именно лёгкостью и простотой языка и красотой и глубиной историй, оно полюбилось многим поколениям искателей духовной Истины.

Книга первая «О разочаровании» содержит рассказ о том, как мудрец Вишвамитра прибывает во дворец короля Дашаратхи с просьбой отпустить принца Раму для защиты жертвоприношений Вишвамитры от демонов. Рама только что возвратился из путешествия по святым местам и по прибытии, замкнулся и впал в депрессию. Вызванный перед Вишвамитрой и Дашаратхой, Рама открывает причины своего состояния. Он размышляет над природой мира и тела, начиная с детства и кончая старостью и смертью, и приходит к выводу о быстротечности и эфемерности всего. Не видя выхода, он обращается к мудрым за советом.

Во второй книге, «Об искателе», описывается природа человека, желающего достичь освобождения, Мокши. Вишвамитра заключает, что Рама готов для понимания высочайшего духовного знания, и просит Васиштху стать наставником Рамы. Васиштха отрицает фатализм и призывает к верным действиям для понимания нереальности мира и достижения освобождения.

Третья книга «О создании» объясняет несуществование мира, и как он начинает восприниматься существующим в результате отсутствия размышлений. Различные истории используются для иллюстрации относительности всего мира с его пространством и временем, и всеми понятиями в нем. Рассказывается о природе ума и стадиях знания и невежества.

Четвёртая книга «О существовании» объясняет, что причиной восприятия отдельности мира является разум, и с осознанием Брамин разум теряет свою силу и мир видится как Реальность Брамин. Желания и стремления, возникающие в разуме, являются причиной повторяющихся перерождений в бесконечном колесе сансары. Неверное отождествление себя с чем–то ограниченным (телом, мыслями, действиями и т. д.) единственно является причиной всех страданий. Неверное отождествление лечится с помощью правильного понимания.

Пятая книга, «Об окончании» развивает тему о том, что все, имеющее начало, обязательно будет иметь и конец, и за рождением и жизнью всегда следует смерть, за которой следует новое рождение. Множество прекрасных историй содержится в этой книге, и каждая из них сама по себе является писанием, раскрывающим Истину.

Шестая книга «Об освобождении» говорит о важности самопознания, которое единственно ведёт к пониманию и окончательному освобождению от всех страданий, присущих сансаре. В Индии считается, что шестикратное прочтение всей Йоги Васиштхи неотвратимо приводит к освобождению в этой жизни.

Традиционно, Рамаяна Валмики и Йога Васиштха рассматриваются как одно большое произведение. В Рамаяне, мудрец Вишвамитра приходит к Дашаратхе и просит его отпустить с ним Раму и Лакшману для защиты его жертвоприношения. Дашаратха даёт своё разрешение, и Рама и Лакшмана покидают дворец в сопровождении Вишвамитры. В Рамаяне ничего не говорится о путешествии Рамы к святым местам и последовавшим за этим разочаровании в мире. Йога Васиштха начинается с этого момента, и вся первая книга посвящена речи Рамы, обличающей недостатки мира и ущербность детства, юности и старости. Видя это состояние Рамы, Вишвамитра заключает, что тот готов для получения высшего знания и просит Васиштху передать Раме это знание. Остальные книги Йоги Васиштхи содержат учение Васиштхи, адресованное Раме, в результате которых Рама оставляет свою депрессию и обретает полное понимание Божественной Сущности самого себя и всего мира. Таким образом, Йога Васиштха может считаться отдельной книгой, описывающей один важный эпизод в истории Рамаяны.

Йога Васиштха — источник мудрости, и его вдумчивое изучение, несомненно, поможет искателю достичь осознания Божественного Сознания, которое есть всё, включая материальный мир. Йога Васиштха — приглашение к медленному чтению.

И да увенчается ваш поиск успехом!

В моей работе по переводу я вдохновлялась и руководилась кратким переводом Свами Венкатесананды Сарасвати, учителем традиционной школы адвайта–веданты, которой принадлежу и я. Для консультаций при переводе использовался санскритский комментарий к Йоге Васиштхе автора Свами Ананда Бодхендра Сарасвати «Татпарья пракаша», также полностью принимаемый в нашей традиции. Огромная благодарность Дживе Дасу, поддерживающему проект по поэтическому переводу Йоги Васиштхи на английский язык и профессору Авинашу Сатхае, превосходному знатоку санскрита, философии адвайты и ведической традиции, людям, чьи идеи и советы помогали в сложных для меня моментах перевода.

Свамини Видьянанда Сарасвати.

Поклонение

1. Приветствия и поклонение той Истиной Сущности, из которой появляются все существа и объекты, в которой они существуют, и в которую возвращаются.

2. Приветствия Тому, что есть основа знающего, знания и всего познаваемого, а также видящего, видения и видимого, деятеля, причины и действия — поклоняюсь Тому, что является самим Сознанием.

3. Приветствия Тому, чьи брызги есть источник всего блаженства на земле и на небесах, жизни всего живущего, — поклоняюсь Тому Брахману, Блаженству, Сущности всего.

Сарга 1. Предисловие.

4. Одному брамину по имени Сутикшна не давало покоя сомнение разума. Он пошёл в ашрам к мудрецу Агасти и почтительно спросил его.

5. Сутикшна спросил:

О мудрый, знающий истину дхармы и изучивший все писания! Будь милостив, разреши одно моё огромное сомнение.

6. Что способствует освобождению — действия или знания? Или и то, и другое? Молю, назови мне однозначно причину освобождения.

7. Агасти ответил:

Как птице нужны оба крыла, чтобы взлететь в небо, так и действия со знаниями вместе приводят к высшей цели.

8. Ни одни только действия, ни одно только знание по отдельности не приводят к освобождению, но оба вместе они становятся средствами достижения освобождения.

9. Слушай, я расскажу тебе одну древнюю историю по этому поводу. Однажды давно жил брамин по имени Карунья, изучивший Веды.

10. Он был сыном Агнивешьи, и, закончив изучение всех Вед и Веданг со своим гуру, он возвратился домой.

11. Дома он предпочитал сидеть в молчании, ничего не делая, полный сомнений, так что скоро Агнивешья заметил, что сын не выполняет своих домашних обязанностей.

12. Укоряя сына для его собственной пользы, отец сказал такие слова:

Агнивешья сказал:

О сын, почему ты не выполняешь свои обязанности?

13. Как ты собираешься достичь чего–либо, если ты ничего не делаешь? И объясни мне причину твоей пассивности.

14. Карунья сказал:

С одной стороны, Веды и другие писания предписывают выполнение действий в виде ежедневных ритуалов и подношений огню до конца жизни.

15. С другой стороны, писания говорят, что освобождение не достигается ни богатством, ни действиями и ни потомством. Только отказом от всего искатель вкушает нектар бессмертия.

16. Какому из этих двух авторитетных учений я должен следовать, О мой учитель? Сомнения делают меня безразличным к своим обязанностями.

17. Агасти сказал:

Сказав это, сын брамина замолчал. Видя молчание сына, отец снова обратился к нему.

18. Агнивешья сказал:

Слушай, мой сын, я расскажу тебе одну историю в по этому поводу. Выслушай её внимательно, обдумай, и делай, как посчитаешь нужным.

19. Однажды прекрасная небесная нимфа Суручи сидела на вершине Гималаев в окружении павлинов.

20. Тут киннары, небесные музыканты, сгорая в огне любви, развлекаются со своими подружками, и потоки небесных рек смывают все грехи.

21. Прекрасная Суручи, лучшая из нимф, увидела в небе пролетающего мимо посланника Индры, короля богов, и спросила его.

22. Суручи сказала:

О Посланец богов! Прошу тебя, скажи мне, откуда ты прибыл и куда ты торопишься сейчас? Молю, расскажи мне обо всем.

23. Посланец ответил:

Хорошо сказано, о прекраснобровая! Поэтому я тебе обо всем расскажу. Мудрый король Ариштанеми передал своё королевство своему сыну.

24. Этот великий человек, не имея более привязанностей и полностью посвятив себя духовным практикам, ушёл в леса и занялся аскетизмом в горах Гандхамаданы.

25. Я возвращаюсь оттуда, выполнив поручение, и спешу предстать перед Индрой с докладом.

26. Нимфа сказала:

О боже, о чем же будет твой доклад? Любопытство меня одолевает, не томи меня, скорее рассказывай!

27. Посланец ответил:

Слушай, О прекрасная, я тебе всё расскажу в подробностях. Король в лесах усиленно практиковал аскетизм.

28. Индра приказал мне немедленно отправиться туда в этой небесной колеснице, О прекраснобровая,

29. С толпой прекрасных нимф, в сопровождении оркестра, с певцами и музыкантами, с гандхарвами, сиддхами, якшами и киннарами.

30. Чтобы, попав на прекрасную гору Гандхамаданы, покрытую всевозможной зеленью, где растут пальмы, бамбук и сахарный тростник,

31. Прилетев туда в колеснице, сопроводить короля Ариштанеми на небеса, в город

бессмертных.

32. Посланец продолжил:

Получив от Индры задание, колесницу и все необходимое, я прибыл на гору.

33. Прибыв на вершину, я пошёл в ашрам и объяснил Ариштанеми приказ Индры.

34. Однако он, услышав мои слова, О дорогая, с сомнением задал вопрос.

Король спросил:

Я хочу задать тебе вопрос, О посланец богов, и прошу, ответь на него.

35. Скажи мне, каковы достоинства и недостатки рая. Зная это сейчас, пока я здесь, я выберу лучшее.

36. Посланец ответил:

В раю люди наслаждаются в соответствии с заработанными заслугами. Лучшие среди них достигают высшего уровня рая.

37. Средние среди них, соответственно, находятся на среднем уровне, а худшие из праведников — на низшем уровне рая.

38. Однако заслуги уменьшаются от зависти к более достойным, нетерпимости к равным и радости по поводу участи низших.

39. Когда заслуги иссякают, они возвращаются в мир смертных. Таковы достоинства и недостатки рая, О король!

40. Выслушав мои слова, дорогая, король ответил.

Король сказал:

О посланец богов! Я не желаю подобного подарка, рая.

41. Я остаюсь здесь и продолжу свою суровую аскезу, пока не оставлю это нечистое тело, как змея оставляет старую кожу.

42. О посланец богов! Забирай свою колесницу и возвращайся к великому Индре, откуда пришёл, и да будет так!

43. Посланец продолжил:

О прекрасная! Выслушав это, я возвратился к Индре, и доложился обо всем, что случилось, и все вокруг сильно удивились.

44. Индра снова заговорил, голосом сладким, как мёд.

Индра сказал:

О посланец! Возвратись снова к королю и приведи его в ашрам Валмики.

45. Валмики отказался от всего внешнего для самопознания, и он знает истину. Иди к Валмики и передай ему моё послание.

46. Приведи к этому великому бесстрастному мудрецу короля, не желающего рая, и пусть мудрец объяснит ему истину.

47. Чтобы король постепенно обрёл свободу от страданий сансары. С таким приказом Индры я опять возвратился к королю.

48. Я доставил короля к великому Валмики и передал просьбу Индры объяснить королю средства достижения освобождения.

49. Валмики тепло встретил короля, расспросил его о жизни и здоровье.

50. Король–мудрец сказал:

О бхагаван, знающий истину, лучший из мудрых, знающих то, что должно быть познано, оказавшись в твоём присутствии, я уже достиг цели всей своей жизни!

51. О мудрый, я хочу спросить тебя, как я могу избавиться от сансары, связанной

неразрывно со страданиями, молю, скажи мне все без утайки!

52. Валмики ответил:

Слушай, О король, я в деталях поведаю тебе историю Рамы, вдумчиво слушая которую, ты достигнешь освобождения ещё в этой жизни.

53. Слушай, О мудрый король, я повторю тебе диалог Васиштхи и Рамы, прекрасный путь к освобождению, известный мне из собственного опыта.

54. Король воскликнул:

О мудрый из мудрейших, знающих истину! Расскажи мне подробно кто такой Рама, как он оказался привязанным и как достиг освобождения?

55. Валмики сказал:

Из–за проклятия сам бог Вишну родился с телом принца, и, будучи мудрым, тем не менее, как бы стал невежественным.

56. Король спросил:

Рама — само воплощение сознания и блаженства по своей природе. Кто мог его проклясть и что было причиной этого?

57. Валмики ответил:

Санат–кумара, у которого не осталось желаний, был в обители Брахмы, когда из Вайкунтхи пришёл в гости Вишну, хранитель всех трёх миров.

58. Брахма и все обитатели Сатьялоки, кроме Санат–кумары, приветствовали Вишну.

Увидев Санат–кумару, Великий бог сказал:

59. Санат–кумара, ты глуп и невежествен и отказался от желаний только из–за гордости. Поэтому тебе снова придётся испытать их, родившись под именем Шараджанмы.

60. Тот в ответ проклял Вишну — хотя сейчас ты всезнающ, придёт время, и ты, оставив знание, станешь невежественным!

61. Также мудрец Бригу, видя смерть своей жены от руки Вишну, воскликнул, ослепленный горем, — Вишну, ты тоже потеряешь свою жену!

62. Вринда, которую Вишну соблазнил обманом, тоже прокляла Вишну словами — ты тоже лишишься своей жены по моему проклятью!

63. Жена Девадатты, будучи на берегу реки Пайошни, умерла от страха, увидя Вишну, принявшего форму человеко–льва, Нарасимхи.

64. Девадатта, в горе от потери жены, проклял Нарасимху — ты тоже, как и я, лишишься своей жены!

65. Вот так, из–за проклятий Бхригу, Санат–кумары, Девадатты и Вринды, Вишну пришлось родиться в человеческой форме.

66. Я тебе рассказал все причины проклятий, приведших к перерождению. Теперь слушай внимательно всю остальную историю.

Этим заканчивается сарга первая «Предисловие» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 2. Предисловие (продолжение).

1. Я приветствую Сознание, саму блистающую Сущность всего, то, что находится повсюду — внутри и снаружи, на земле, в небесах и в пространстве.

2. Валмики сказал:

Для изучения этого писания пригоден тот, кто чувствует, что он привязан к этому миру и должен быть свободным, и тот, кто не совершенно глуп и не совсем просветлён.

3. Разумный человек, который размышляет о путях освобождения, предложенных в этом тексте в форме историй, несомненно не будет рождён вновь.

4. О испепеляющий врагов! Давным-давно я сложил эту историю Рамы, приложив немало усилий.

5. Я передал её своему разумному и достойному ученику Бхарадвадже, как море легко отдаёт свои сокровища ищущему.

6. Однажды, когда мудрый Бхарадваджа был в джунглях на горе Меру, он пересказал её самому Создателю Брахме.

7. Получив удовольствие от рассказа, великий Создатель Брахма, прародитель всех миров, сказал: О мой сын, выбирай для себя любой дар.

8. Бхарадваджа сказал:

О великий, повелитель прошлого и будущего! В качестве дара я прошу у тебя то, что освободит всех человеческих существ от страданий.

9. Брахма ответил:

Иди к своему учителю, мудрецу Валмики, и моли его продолжить благородный рассказ о Раме,

10. Слушая который, люди будут освобождены от темноты непонимания также легко, как можно по прекрасному мосту пересечь водные просторы.

11. Валмики продолжил:

Сказав это, сам великий Создатель вместе с Бхарадваджей прибыл к моему ашраму.

12. Я приветствовал его пуджей, нектаром и омовением ног, и потом великий Брахма, пекущийся о благе всех существ, сказал:

13. О лучший из мудрецов! Не жалей усилий, пока не закончишь свой прекрасный рассказ о переживаниях Рамы.

14. С помощью твоей истории о Раме люди смогут с лёгкостью переправиться через этот опасный океан сансары, как на лодке.

15. Нерождённый сказал мне: «Я пришёл сюда, чтобы сказать, что ты должен закончить это писание для блага всего мира!»

16. Сказав это, Брахма пропал из моего благочестивого ашрама, как волна, поднявшись на поверхности, опять возвращается в воды океана.

17. Я изумился внезапному исчезновению божества, и, немного успокоившись, снова спросил Бхарадваджу:

18. О Бхарадваджа! повтори мне скорее ещё раз, что сказал Брахма. И Бхарадваджа снова повторил мне слова Создателя.

19. Бхарадваджа сказал:

Брахма хочет, чтобы ты закончил рассказ о Раме во благо всего мира, чтобы с помощью твоего рассказа любой мог пересечь океан сансары.

20. Я тоже молю тебя, О мудрый, расскажи мне в деталях, как благородные Рама и Бхарата освободились из пучины сансары.

21. А также расскажи о Шатругхне, Лакшмане, прекрасной Сите и о всех тех, кто был с Рамой, включая министров и их сыновей.

22. Расскажи мне ясно, как они освободились от страданий, чтобы я и весь мир смогли последовать им.

23. Так, Ваше Величество, почтительно попросил Бхарадваджа, и, следуя высочайшему приказу Брахмы, я начал рассказ.

24. О мой сын Бхарадваджа! Я расскажу всё, что ты просишь. Слушай внимательно, и всё невежество и ошибки останутся далеко позади.

25. Ты разумен, и потому действуй также, как лотосоокий Рама, с довольным разумом, непривязанным ни к чему, а также как

26. Лакшмана, Бхарата, мудрый Шатругхна, Каусалья, Сумитра, Сита и Дашаратха,

27. А также Критастра, Авиродха, Бодхапара, Васиштха, Вамадева и восемь министров,

28. Чьи имена Дхришти, Джаянта, Бхаса, Сатья, Виджая, Вибхишана, Сушена и Хануман, а также Индражит.

29. Эти восемь министров тоже имели спокойный и бесстрастный разум, были свободными в этой жизни великими душами, и принимали мир таким, как он есть.

30. О мой сын, если ты будешь помнить, как они действовали, жили, давали и принимали, и будешь следовать этому, воистину ты будешь освобождён из этой ужасной пучины.

31. Упавший в бескрайний океан сансары, достигнув высочайшей истины, не печалится более, свободный от страданий, и остаётся в спокойствии.

Этим заканчивается сарга вторая «Предисловие» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 3. Путешествие Рамы по святым местам.

1. Бхарадваджа сказал:

О брамин, расскажи мне, как Рама и другие достигли освобождения в этой жизни, чтобы и я мог быть всегда счастливым.

2. Валмики продолжил:

Этот мир является недоразумением, как синева неба является оптической иллюзией. Я думаю, иллюзию лучше просто игнорировать, а не обращать на неё внимания.

3. Понимание собственной природы невозможно, пока не будешь убеждён в полной нереальности всего видимого.

4. Это убеждение возникает при старательном изучении этого писания, только так ты достигнешь истины, и никак иначе.

5. Этот мир — заблуждение, хотя он виден, он никогда даже не возникал, как синева в небе. О безгрешный, изучи и пойми это и будь свободен от страданий.

6. Понимание того, что видимое не существует, очищает разум от желания видимого. Полное очищение приводит к высочайшей прекрасной нирване.

7. Без этого понимания изучение глубин писаний будет пустым безрадостным невежеством на многие кальпы.

8. Полное оставление всех желаний и ограничений разума называется Брахманом, мокшей или высочайшим освобождением.

9. Если нет желаний, разум быстро успокаивается, как снег тает, если нет холода.

10. Эти желания привязывают нас к телу и делают его тюрьмой, как клетка лишает птицу свободы. Когда желания успокаиваются, оковы пропадают.

11. Желания и ограничения разума бывают двух видов — чистые и нечистые. Нечистые являются причиной рождения, чистые освобождают от рождений.

12. Нечистые желания подобны плотному облаку невежества и эгоизма. По словам мудрых, они приводят к перерождениям.

13. Чистые желания только поддерживают тело, и, как говорят мудрые, не вызывают перерождения, как не может прорасти прожаренное зерно.

14. Чистые желания существуют в освобождённых при жизни, не вызывая перерождения, подобно тому как колесо ещё некоторое время вращается, поддерживаемое прошлыми усилиями.

15. Таких великих мудрых, желания которых чисты, называют дживанмуктами, освобождёнными при жизни, познавшими все, что должно быть познано, и они не возвращаются вновь в бессмысленный круг рождений.

16. Слушай, я расскажу тебе, как мудрый Рама достиг освобождения в своей жизни — зная это, ты освободишься от всякого непонимания по поводу старости и смерти.

17. О мудрый Бхарадваджа! Слушай рассказ о прекрасной жизни Рамы, и ты сможешь понимать все всегда и обо всем.

18. Вернувшись из обители своего учителя, лотосоокий Рама проводил дни дома, в королевстве своего отца, развлекаясь по–всячески и ничего не опасаясь.

19. Скоро он стал править королевством, как сын короля, и его подданные не знали печалей и страданий старости.

20. Однажды в добродетельном разуме Рамы возникло желание посетить и увидеть разные святыни, многочисленные храмы и святые ашрамы.

21. С этой мыслью он приблизился к своему отцу, как лебедь подплывает к лотосу, и поклонился ему в ноги.

22. Шри Рама сказал:

О отец, мой разум желает увидеть святые пещеры, обители божеств, леса и храмы.

23. Прошу, отпусти меня, ибо ранее никто на земле из тех, кто приближался к тебе с просьбами, не уходил с пустыми руками.

24. Услышав такую просьбу Рамы, король сначала посоветовался по этому поводу с мудрым Васиштхой.

25. В благоприятный день, указанный звёздами, получив благословение от старших и мудрых, с украшениями, приносящими удачу, Рама отбыл, вместе с двумя своими братьями,

26. Группой избранных Васиштхой мудрецов, знающих писания, и с лучшими принцами, близкими друзьями Рамы.

27. Матери обняли напоследок Раму и его братьев, благословили их, и они, наконец, отбыли из дома для своих странствий по святым местам.

28. За городскими стенами жители города провожали его громом труб, женщины наслаждались видом Рамы, как пчелы собирают нектар с цветов.

29. Деревенские девушки засыпали его горстями риса, так что Рама стал похож на покрытую снегом вершину Гималаев.

30. Слушая приветствия людей вокруг, он отпустил обратно мудрецов, и, смотря по сторонам, он приближался к лесу.

31. Покидая границы Кошалы, он раздавал милостыню, приносил жертвы, совершал омовения и медитировал, как и положено перед началом путешествия.

32. В своём путешествии, Рама видел разные реки и их берега, святые рощи и храмы, джунгли и обители людей, дальние горы, великие водные просторы.

33. Он посетил луноподобную реку Мандакини, чистую как голубой лотос Калинди, Сарасвати, Шатарду, Чандрабхагу и Иравати,

34. А также Вени, Кришнавени, Нирвиндхья, Сараю, Чарманвати, Витаста, Випаша и Бахуда,

35. Святые места Праяга, Наймиша, Дхармаранья, Гая, Варанаси, Шригири, Кедара и Пушкара,

36. Манаса, Уттараманаса и другие реки, озера, места для омовений, источники, храмы и океан.

37. Он видел огненные источники, великое озеро Индрадюмны и множество других рек, озер и заливов,

38. Святые места Свами Картикея и Шалаграмы, а также шестьдесят четыре храма Вишну и Шивы.

39. Он видел различные чудеса, был на побережьях четырёх морей, видел заросшие горы Виндья и Мандара, и другие горы и равнины.

40. Он посетил многих великих мудрецов и множество прекрасных возвышенных ашрамов, обителей богов и святых браминов.

41. Так, в компании преданных братьев, Рама посетил множество мест во всех уголках земли.

42. Благословлённый богами, Киннарами и людьми, осмотрев весь мир, потомок Рагху вернулся домой, как Шива возвращается на Шивалоку после долгого отсутствия.

Этим заканчивается сарга третья «Путешествие Рамы по святым местам» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 4. Дни Рамы во дворце.

1. Валмики сказал:

Жители города украсили Раму цветами и гирляндами, и он вошёл в свой дворец, как сын Индры, возвратившийся в рай.

2. Войдя, Рама поклонился отцу, Васиштхе, братьям и родственникам, мудрым браминам и другим старшим.

3. Он снова и снова обнялся с друзьями, братьями, отцом и браминами, с радостью приветствуя их.

4. Затем во дворце Дашаратхи начались приятные разговоры между обрадованными людьми, сладкие, как звуки прекрасной флейты.

5. Целых восемь дней праздновалось возвращение Рамы домой, и шум радостного волнения наполнял воздух.

6. Потом Рама счастливо проводил время во дворце, рассказывая друзьям о различных странах и удивительных обычаях, которые он видел.

7. Рама вставал рано, возносил, как положено, свои утренние молитвы, а затем шёл увидеться с отцом, заседающим в зале со своими советниками, подобно Индре.

8. Четверть дня он проводил в компании с Васиштхой и другими мудрецами, внимательно и уважительно слушая их разнообразные речи, полные мудрости.

9. Слушаясь указаний отца, он, со своей великой армией, охотился в лесах, полных кабанов и оленей.

10. Возвращаясь во дворец, он совершал омовения и другие ритуалы, как положено, обедал с друзьями и родственниками, и отправлялся спать в компании своих лучших друзей.

11. Так Рама с братьями проводили свои дни во дворце своего отца после возвращения из путешествия по святым местам.

12. О безгрешный,

Так благородный принц проводил свои дни, полные божественного нектара и мудрых мыслей, достойные всяческой похвалы, подобно луне, освещающей путь.

Этим заканчивается сарга четвёртая «Дни Рамы во дворце» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 5. Печаль Рамы.

1. Валмики сказал:

Раме шёл шестнадцатый год, как и его братьям Шатгугхне и Лакшмане, которые родились чуть позже.

2. Его брат Бхарата жил счастливо во дворце отца своей матери, и король, их отец, по–прежнему правил всей страной.

3. Мудрейший король Дашаратха теперь каждый день советовался со своими министрами по поводу выбора жён для своих сыновей.

4. Возвратившись из путешествия, Рама все время оставался дома. Скоро он начал меняться, худея день ото дня, как вода в озере осенью становится прозрачной подобно кристаллу.

5. Лицо принца с огромными глазами побледнело и напоминало увядающие белые лепестки лотоса, на которые опустились пчелы.

6. Он подолгу неподвижно и молчаливо сидел, подперев щеку рукой, подобрав под себя ноги, погруженный в свои мысли.

7. Исхудавший, молчаливый, задумчивый и печальный, он скорее напоминал неподвижную нарисованную фигуру.

8. С отсутствующим видом, с лицом подобным сухому цветку лотоса, он выполнял ежедневные обязанности, уступая настойчивым просьбам обеспокоенных домочадцев.

9. Видя благороднейшего Раму в таком состоянии, его братья тоже пришли в упадок духа.

10. Видя своих сыновей истощённых и в глубокой печали, великий король вместе со своими королевами весьма обеспокоился.

11. Что печалит тебя, мой сын? — снова и снова любяще спрашивал король, но Рама или ничего не отвечал,

12. Или отвечал односложно, сидя рядом с отцом, — «Ничто меня не печалит, отец», и лотосоокий Рама опять замолкал.

13. Тогда король Дашаратха спросил о причинах печали Рамы у всезнающего Васиштхи, лучшего из знающих.

14. Мудрец Васиштха, подумав, ответил: «О король, есть этому причина, и нет надобности беспокоиться по этому поводу.

15. Мудрые не погружаются в печаль, радость или раздражение без причины на то; они не выходят из равновесия без того, чтобы проявить последствия в мире, О великий король».

Этим заканчивается сарга пятая «Печаль Рамы» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 6. Прибытие Вишвамитры.

1. Валмики сказал:

Эти слова божественного мудреца погрузили короля в печаль и сомнения, и он некоторое время оставался в молчании.

2. Все королевы в королевском дворце с волнением и беспокойством следили за состоянием Рамы.

3. В это время в Айодхью с визитом к великому королю прибыл великий мудрец по имени Вишвамитра.

4. Этому мудрому и благодетельному старцу демоны–ракшасы мешали проводить жертвоприношения, безумствуя в своей силе наводить иллюзии.

5. Мудрец не мог закончить жертвоприношение без помех и пришёл к королю просить защиты от демонов.

6. Для уничтожения демонов этот сиятельный Вишвамитра, непревзойдённый в аскетизме, и пришёл в город Айодхья.

7. Желая увидеть короля, он приказал главному стражу у ворот немедленно доложить, что прибыл Каушика, сын Гадхи.

8. Услышав это, стражники, взволнованные такими словами, побежали в королевские палаты.

9. Прибыв к тронному залу, они сообщили охранникам короля о прибытии мудреца Вишвамитры.

10. Главный охранник торопливо доложился королю, сидящему в зале в окружении советников и придворных, сказав:

11. Ваше Величество, к дверям прибыл величественный святой человек, блистающий, как огромное солнце, с прядями волос огненного цвета.

12. Его великолепие наполнило весь дворец — все, от стяга до коней, слонов, людей и оружия сияют в его блеске, как покрытые позолотой.

13. Как только взволнованный охранник шёпотом доложил королю о прибытии мудреца Вишвамитры,

14. Король поднялся со своего золотого трона, и вместе с ним поднялись его министры и придворные,

15. Благородный король со своей свитой, с Васиштхой и Вамадевой, пошли приветствовать мудреца.

16. Они поспешили туда, где их ждал мудрец, и увидели великого Вишвамитру, тигра среди мудрецов, прибывшего к воротам.

17. Как солнце, зачем–то пришедшее на землю, он блистал мудростью как брамин и, как кшатрий, был полон сил и энергии.

18. Он был стар, с загрубевшей от постоянных аскез кожей, его волосы спускались на плечи, подобно вечернему облаку над горой.

19. Его внушительная фигура, не внушая страха, была спокойна и приятна, блистательна, величественна, прекрасна и благородна.

20. Он был мягок и значителен, основателен и великодушен, уверен и светел внутренним спокойствием и мудростью.

21. Он был весьма стар, дружественен со всеми, безгрешен, с быстрым и чистым разумом. В руке он держал сосуд для подаяний.

22. Его безмерная милость, сострадание, мягкие мудрые слова и взгляды одаряли людей каплями сладчайшего нектара.

23. Его тело было украшено священной нитью, брови были густыми и седыми, и весь его вид вызывал бесконечное изумление у смотрящего.

24. Увидя издалека великого мудреца, король приветствовал его, поклонившись так низко, что драгоценные камни его короны коснулись земли.

25. Мудрец тоже в ответ приветствовал короля земли, словами мягкими и сладкими, подобно солнцу, приветствующему Индру.

26. Затем все брамины во главе с Васиштхой, уважительно поклонились и поприветствовали прибывшего мудреца в соответствии с традицией.

27. Дашаратха сказал:

О великий садху! Мы благословлены сиянием твоего неожиданного прибытия, как лотосы в пруду благословлены прикосновением лучей солнца.

28. О мудрый! Твоё присутствие принесло нам безначальное и бесконечное неуменьшающееся наслаждение и блаженство.

29. Нам бесконечно повезло, что ты почтил нас своим прибытием, в этот день нас посетила дхарма и бескрайняя удача.

30. С такими и другими подобными словами король, принцы и мудрецы дошли до зала заседаний, где все заняли свои места.

31. Здесь счастливый король сам скромно преподнёс воду для омовений лучшему из риши, отмеченному блаженством.

32. Преподнеся воду, король, в соответствии с правилами, изложенными в писаниях, обошёл мудреца, выражая ему своё почтение.

33. После королевских приветствий, мудрец в умиротворённом расположении духа начал расспрашивать короля людей о здоровье и делах в государстве.

34. Затем мудрец поприветствовал подошедшего Васиштху, как положено, и с улыбкой расспросил его о здоровье.

35. После этого они некоторое время обменивались приветствиями к удовольствию собравшихся в королевском дворце.

36. Затем все по очереди обменялись с сияющим мудрецом уважительными приветствиями и вопросами о здоровье.

37. Сидящему мудрецу Вишвамитре омыли с почестями ноги, и снова и снова предлагали подношения и всячески оказывали почтение.

38. Так поприветствовав Вишвамитру в соответствии с предписаниями, король, со сложенными вместе ладонями, тепло обратился к нему:

39. О мудрый, твоё прибытие сюда подобно нектару и наполняет счастьем, как дождь в засуху и как обретение зрения для слепого.

40. Твоё прибытие даёт такую же радость, как рождение сына у бездетных и как обретение сокровища, виденного во сне.

41. Твоё прибытие подобно обретению желанного, приходу любимой и нахождению потерянного,

42. Оно подобно воскресению умершего волей неба! Добро пожаловать, О великий муни, мудрейший брамин!

43. Кто не будет рад жизни в Брахмалоке? Также, О мудрый, я рад твоему прибытию сюда.

44. Скажи мне своё наибольшее желание, которое я могу для тебя исполнить. Ты достоин всевозможного поклонения, О первейший из добродетельных!

45. Ранее известный как раджа–риши, и своей суровой аскезой достигший прекрасного величайшего состояния брахма–риши! Я поклоняюсь тебе как богу!

46. Как прекрасно охлаждающее омовение в святых водах Ганги, так в твоём присутствии успокаивается моя душа.

47. Ты свободен от желаний, страха и раздражения, отрешён и неподвластен болезням, О замечательнейший из брахманов, сколь прекрасно и удивительно, что ты пришёл ко мне!

48. Как свет луны освящает и очищает все вокруг, так твоё присутствие очищает меня от грехов, О лучший из мудрейших, знающий то, что должно быть познано!

49. Твоё прибытие воистину подобно появлению Брахмы, О мудрый; я облагодетельствован и очищен твоим появлением.

50. Теперь моя жизнь прожита не зря, ибо сегодня, О садху, я наслаждаюсь твоим очищающим визитом — наградой за все мои хорошие дела.

51. От возможности лицезреть, приветствовать и служить тебе меня переполняет радость, как океан при виде полной луны.

52. О мудрый, мне будет честью исполнить любое твоё желание, с каким бы ты сюда ни прибыл; молю, считай его уже исполненным.

53. Без сомнений говори своё желание — оно будет исполнено, О Каушика, от меня тебе ни в чем нет отказа.

54. Это моя обязанность, в соответствии с дхармой, без колебаний исполнить любую твою волю, ибо я поклоняюсь тебе как высочайшему божеству.

55. Благородный, известный своими прекрасными качествами великий муни был доволен, услышав эти сладкие и приятные на слух речи, сказанные со скромностью, достойной действительно знающего собственную сущность.

Этим заканчивается сарга шестая «Прибытие Вишвамитры» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 7. Речь Вишвамитры.

1. Валмики сказал:

Услышав речь льва среди королей, прекрасную и долгую, сиятельный Вишвамитра, у которого от радости волосы поднялись на свои концы, ответил:

2. Твоя речь прекрасна и достойна короля этой земли, потомка Вамши, обученного и направляемого самим Васиштхой!

3. Твоя речь мне очень по душе, и ты теперь должен исполнить то, о чем я тебя попрошу, О леопард среди королей, во имя поддержания дхармы.

4. Во время моих благочестивых практик для достижения совершенства, ужасные разрушительные демоны мешают моим ритуалам, О великий из людей.

5. Каждый раз, когда я совершаю жертвоприношения божествам, ночные демоны разрушают мои жертвоприношения.

6. Во время жертвоприношения, демоны–ракшасы забрасывают жертвенное место кусками мяса и кровью.

7. Мои жертвоприношения были осквернены таким образом множество раз, я устал от этого и, потеряв надежду, покинул это место.

8. О король! В моем разуме нет раздражения, и потому они не могут быть прокляты.

9. Таковы правила этого жертвоприношения. Но теперь, благодаря твоему обещанию, я без проблем достигну великой цели.

10. Ты должен помочь мне в этом бедствии, и для защиты я пришёл к тебе. Отказав в помощи, ты навлечёшь на себя бесчестье среди благородных людей.

11. У тебя есть прекрасный сын, могучий, как дикий тигр, и сильный, как сам Индра. Он победит этих демонов–ракшасов.

12. Ты должен отпустить со мной своего сына, превосходного героя Раму, храброго, с волосами, подобными воронову крылу, О леопард среди королей!

13. Под моей священной защитой, он способен победить демонов и отрубить им головы.

14. От меня он получит бессчётные разнообразные милости и благословения, и будет почитаем во всех трёх мирах.

15. Ночные демоны не смогут устоять перед лицом Рамы и разбегутся, как лесные звери разбегаются от рассерженного льва.

16. Никто, кроме Рамы, не может устоять в битве с ними, как никто, кроме разозлённого льва, не может победить взбешённых слонов.

17. Возгордившись своей мощью, эти демоны под предводительством Кхары и Душаны, стали подобными яду калакута, сжигающему в битве всё на своём пути, как злобная смерть.

18. О леопард среди королей! Они не смогут устоять против потока стрел Рамы, как пыль не может противостоять непрерывному ливню.

19. О король, не позволь возобладать отцовской любви и отказаться от обещанного! Нет ничего в мире, с чем мудрый не мог бы расстаться.

20. Я вижу совершенно точно, что эти демоны уже уничтожены; у мудрых, подобных нам, не возникает сомнений.

21. Я хорошо знаю лотосоокого Раму с прекрасной душой, как и мудрейший Васиштха и другие мудрецы.

22. Если в твоём разуме есть место благочестию, величию и возвышенности, ты должен отдать мне своего любимого сына.

23. Мой ритуал продлится десять ночей, и за это время Рама должен уничтожить этих демонов, врагов жертвоприношения, которые оскверняют мои ритуалы.

24. Пусть все твои министры во главе с Васиштхой тоже дадут своё согласие, и отпусти со мной Раму, О король.

25. Не теряй времени, О знающий время, и отдай мне Раму. Будь благословлён и пусть твой разум не печалится по этому поводу.

26. Даже небольшая услуга в нужный момент сделает многое, а даже великие деяния в неподходящее время будут бесполезны.

27. Сказав эти слова, полные благородства и лучших намерений, благочестивый светлейший муни Вишвамитра замолчал.

28. Услышав эти слова мудрейшего из мудрых, король помолчал, обдумывая достойный ответ, ибо мудрый не будет говорить неподобающие речи, полные фантазий и желаний, как обычно делают люди.

Этим заканчивается сарга седьмая «Речь Вишвамитры» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 8. Ответ Дашаратхи.

1. Валмики сказал:

Выслушав речь Вишвамитры, тигр среди королей на некоторое время лишился дара речи, упав духом, а затем сказал.

2. Дашаратха сказал:

Моему лотосоокому Раме ещё нет и шестнадцати. Мне кажется, он совсем не подходит для битвы с демонами–ракшасами.

3. Под моей командой целая армия, О мудрый, с ней я вступлю в бой с этими демонами.

4. В этой армии прекрасные герои и отчаянные воины, изучившие науку ведения войн, с ними, с луком в руке, мы в битве защитим тебя.

5. Моя армия достойна самого великого Индры, и мы пойдём в бой, как лев против взбесившихся слонов.

6. Рама ещё совсем мальчик и не знает ничего о битвах и военных силах. Он даже не видел сражений, кроме развлекательных боев в этом дворце.

7. Он не знает ни оружия, ни войны, он не знает, как драться с врагом на поле боя. 8. Он знает лишь, как прогуливаться в городских садах и цветущих рощах, бродить по лесам и паркам среди цветов и деревьев.

9. Он умеет только играть с другими принцами и друзьями в садах, усыпанных цветами, за оградой дворца.

10. Сейчас, О брамин, он, к моему горю, сильно изменился, похудел и побледнел, как цветок лотоса под снегом.

11. Он ничего не ест и не выходит из своей комнаты, о чем–то печалится и все время молчит.

12. Из–за этого, О лучший из мудрых, я, мои жены и слуги сами стали печальны подобно осенним облакам.

13. Как я могу отпустить с тобой своего сына, совсем мальчика, биться с ночными демонами в таком состоянии?

14. О мудрый садху, любовь к сыну превыше наслаждения от компании молодых красавиц, наслаждения нектаром или королевством.

15. Без сомнения, из любви к своим детям люди идут на огромные страдания и выполняют тяжелейшие аскезы в трёх мирах.

16. Природа людей такова, что они легче могут расстаться с жизнью, богатством и жёнами, чем с детьми, О леопард среди мудрых!

17. Ракшасы жестоки, бесчестны и искушены в боях. Даже мысль о том, что Рама должен биться с ними, доставляет мне невыносимые страдания.

18. Я не могу расстаться с Рамой даже на мгновение, без него нет желания жить. Нет, ты не должен забирать Раму!

19. О Каушика! Мне девять тысяч лет, и с великими сложностями дались мне эти четыре сына.

20. Лотосоокий Рама — старший среди них, и трое других не могут без него жить.

21. Если ты заберёшь у меня Раму для битвы с демонами, то знай, что без него я всё равно что уже умер.

22. С самого начала я люблю его больше всех из всех четырёх. Нет, ты не должен забирать моего Раму, лучшего и мудрейшего!

23. Если ты хочешь победить ночных чудовищ, О муни, то возьми меня со всей моей сильнейшей армией со слонами, кавалерией, военными повозками и воинами.

24. Опиши мне своих демонов — что это за свирепые ракшасы, чьи они сыновья, и каковы в размерах и по виду?

25. Скажи мне, О брамин, как их, этих хитрых ракшасов, может победить Рама, или мои мальчики, или я сам?

26. Скажи мне все, О великий! Как можно устоять в битве против них, этих ужасных ракшасов, упивающихся собственной силой?

27. Есть известный мощный демон по имени Равана, брат самого Куберы и сын мудреца Вишраваса.

28. Если это этот демон мешает тебе в жертвоприношениях, — тогда увы! Мы не сможем устоять в битве с этим ужасным ракшасом.

29. Время от времени, О мудрый, такие могучие существа появляются на этой земле, но через некоторое время они её покидают.

30. В наше время мы не способны победить врагов, подобных Раване, — и такова, без сомнения, судьба.

31. Потому, О знающий дхарму, будь милостив к моему сыну, ибо моя участь в твоих руках, О великий.

32. Ни змеи, ни птицы, ни якшасы, ни гандхарвы и полубоги, ни даже сами боги, — никто не может победить Равану, что с ним может сделать в битве человек?

33. Этот демон — сильнейший из сильнейших в битве, мы не сможем победить его с его сыновьями.

34. Воистину, в наши странные времена даже хорошие люди становятся слабыми, так я, хотя и потомственный Рагхава, стал старым и ничтожным.

35. Если это Лавана, сын Мадху, кто мешает тебе в жертвоприношениях, О благородный, то и тогда я не могу отпустить своего сына.

36. Даже если это Сунда и Упасунда, подобные сыновьям солнца, оскверняют твои обряды, то и тогда я не отдам тебе своего сына.

37. О брамин, пока я жив, я не могу исполнить твоё желание. Только убив меня, ты можешь получить Раму.

38. Так мягким голосом сказал лучший из Рагху, захлебнувшись в нерешительности, как в океанской волне, и замолк в неопределённости, ожидая ответа, как блуждающий в океане.

Этим заканчивается сарга восьмая «Ответ Дашаратхи» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 9. Совет Васиштхи.

1. Валмики сказал:

Услышав эти слова, сказанные в растерянности, с глазами, полными любви, рассерженный Каушика произнёс ответную речь великому королю:

2. Обещав сделать, ты отказываешься от обещанного, О король! Ты, будучи львом, хочешь поступить как олень!

3. Это недостойно потомка Рагху и противно всем обычаям этой семьи, — жаркие лучи солнца никогда не изольются с прохладной луны!

4. Если ты не способен сдержать своего обещания, О король, я уйду откуда пришёл, и ты, не сдерживающий обещаний потомок Какутстхи, развлекайся дальше со своими родственниками!

5. Валмики сказал:

Вся земля содрогнулась от ярости великого Вишвамитры, и боги затряслись от страха.

6. Видя великого мудреца Вишвамитру в таком гневе, спокойный и благочестивый мудрый Васиштха выступил с речью.

7. Васиштха сказал:

О король, рождённый в семье великого Икшваку, само воплощение дхармы, Ваше Величество Дашаратха, украшенный добродетелями трёх миров!

8. Ты, будучи твёрдым в обязанностях и известным во всех трёх мирах своим благочестием и добродетельностью, не должен нарушать свои обещания.

9. Во имя поддержания своей благочестивой репутации, ты не можешь отказаться, ты должен сделать то, что ты обещал великому муни, почитаемому во всех трёх мирах.

10. О король, неисполненные обещания уничтожают накопленные заслуги, и потому отпусти Раму.

11. Если ты, будучи потомком Икшваку, самим Дашаратхой, не будешь исполнять обещаний, кто тогда вообще будет держать своё слово?

12. По примеру великих людей, подобных тебе, люди соблюдают правила и моральные законы, и потому ты не должен нарушать их сам.

13. Того, кто находится под защитой этого льва в облике мудреца, подобно амброзии под защитой Агни, никакие ракшасы не смогут победить — с оружием или без.

14. Он — воплощение дхармы, лучший среди героев и мудрецов всего мира, и приверженец аскетизма.

15. Он знает все оружия всех трёх миров, никто другой не знает, и не будет знать их лучше.

16. Все боги, мудрецы, всякие асуры, ракшасы, наги, якшасы и гандхарвы не могут сравниться с этим мудрецом.

17. Давным-давно, когда Каушика правил царством, могучий Кришашва передал ему знание всевозможных вооружений, против которых никто не может устоять.

18. Эти орудия, сопровождающие мудрого — сыновья Кришашвы, подобные потомкам Праджапати, сияющие герои, полные силы и мощи.

19. Дочери Дакши, прекрасные Джая и Супрабха, родили сотню непобедимых сыновей.

20. Обретя дар, Джая получила пятьдесят сыновей, убивающих демонов орудий, повинующихся желаниям богов.

21. Супрабха тоже получила пятьдесят сыновей, непобедимых завоевателей, ужасной силы и устрашающего вида.

22. С этим сильнейшим сиятельным мудрецом Вишвамитрой, почитаемом во всем мире, ты без печали можешь отпустить Раму.

23. В компании этого мудрейшего из мудрых, лучшего из мудрецов, даже умирающий обретает бессмертие; потому не печалься, подобно глупцу.

Этим заканчивается сарга девятая «Совет Васиштхи» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 10. Печаль Рамы.

1. Валмики сказал:

Выслушав Васиштху, король Дашаратха успокоился, и послал за Рамой и Лакшманой.

2. Дашаратха сказал слуге:

Приведи скорее могучего сильнорукого Раму и Лакшману для благого дела избавления мудрого от затруднений в жертвоприношении.

3. С таким приказом короля слуга удалился во дворцовые покои и скоро вернувшись, сказал королю:

4. Ваше Величество, Рама, победитель всех врагов, находится в своей комнате, погруженный в печальные думы, как пчела в закрывшемся на ночь цветке лотоса.

5. Он сказал, что спустится через минуту, но остался, как и был, в задумчивости и печали, в полном одиночестве.

6. Услышав это, король подозвал управляющего, близкого к Раме, и, подбодрив, попросил рассказать все подробно.

7. Спрошенный королём о страданиях Рамы и их причинах, его слуга грустно ответил королю:

8. Ваше Величество, видя, каким худым и печальным стал твой сын Рама, мы все тоже исхудали как палки.

9. Рама, чьи глаза подобны лепесткам лотоса, стал грустным и несчастным с того времени, как он вернулся с браминами из путешествия по святым местам.

10. Когда мы напоминаем ему о его ежедневных обязанностях, он их выполняет с пустым выражением лица, или вообще не выполняет.

11. Он задумчив и нерасположен ни к омовениям, ни к молитвам божествам, ни к пожертвованиям, ни к принятию пищи; и даже после наших уговоров он не ест с удовольствием, О король.

12. Он не развлекается на качелях в саду с дворцовыми девушками, и не играет под струями фонтанов, подобно воробью.

13. О король, его не развлекают браслеты и ожерелья с прекрасными драгоценными камнями. Он ничему не радуется, как изгнанный из рая.

14. Он не обращает внимания на развлекающихся вокруг красавиц, на дуновение ветерка, несущее запахи цветов, на заросли лоз, оставаясь в глубокой печали.

15. На все приятное, доставляющее удовольствие, красивое и привлекательное, он смотрит с печалью, почти что со слезами на глазах.

16. Он отворачивается от прекрасных девушек, чудесно танцующих перед ним, говоря, что они своими телодвижениями только приносят страдания.

17. Он ест, лежит, ходит, сидит, умывается как будто лишённый чувств, он не радуется даже прекрасному.

18. Иногда он бормочет: «К чему счастье и несчастье? Зачем чувства и кров? Все это нереально», а потом снова замолкает в своём одиночестве.

19. Он ничем не развлекается и не наслаждается, он не выполняет своих обязанностей, все время оставаясь в молчании.

20. Никакая женщина с прекрасными волосами и загадочными взглядами не радует его, как игривый оленёнок не может развеселить деревья в лесу.

21. Как рабу, проданному дикарям, ему нравятся уединённые и отдалённые места на берегах и в лесах.

22. Он отворачивается от одежды и подарков, еды и напитков, О король! Этим он подобен бродячему аскету, живущему в лишениях.

23. О король! он проводит время в одиночестве вдали от людей, не смеётся, не поёт и не плачет, думая об одном и том же.

24. Он постоянно сидит, подобрав под себя ноги и подперев щеку левой рукой, с рассеянным разумом.

25. Он не возгордился, и не желает королевства, и его не затрагивают радости и печали.

26. Мы не знаем, где он ходит, что делает, чего желает и о чем думает, к чему приходит и чему следует.

27. День ото дня он худеет, день ото дня бледнеет и становится бесстрастным, как теряют цвет листвы деревья поздней осенью.

28. Его братья, Шатругхна и Лакшмана, О король! — отражения Рамы, они следуют его примеру.

29. Слуги, принцы и королевы спрашивали Раму снова и снова о причинах печали, но он отвечает, что причины нет, и остаётся молчаливым и безразличным ко всему.

30. Он говорит близким друзьями, что не стоит обращать внимания на бесполезные удовольствия, которые оставляют только печаль в сердце.

31. Ему не нравятся разодетые и разукрашенные прекрасные девушки из гарема, наоборот, кажется, он считает их причиной несчастий.

32. Он снова и снова бормочет про себя, что жизнь проходит зря без стремления к высшему состоянию, где нет страданий.

33. Если друзья ему напоминают, что он принц, он криво усмехается, как сумасшедший, и остаётся безучастным, как мудрец.

34. Он не слышит обращённые к нему слова и не замечает положенное перед ним; он с отвращением глядит на все, даже самое приятное.

35. Он говорит, что как разум воображает в небе мираж несуществующего озера с лотосами или леса, так же иллюзорен этот нереальный мир.

36. Даже когда он в компании прекрасных девушек, бог любви не может пронзить его сердце своими стрелами, как не может дождь разбить огромную скалу.

37. К чему ты желаешь богатства, когда оно приносит одни несчастья? — говорит он и раздаёт всё нищим.

38. Богатство и нищета — это только заблуждения, появляющиеся в разуме, цитирует он шлоку.

39. Люди страдают и жалуются «о, я погиб» и «я безнадёжен», но удивительно, что никто не обретает бесстрастия! — говорит он.

40. То, что Рама, прекрасное дерево шала из леса Рагху, победитель врагов, пришёл в такое состояние, делает и нас несчастными.

41. Мы не знаем, О великий, почему могучий Рама в таком состоянии. Что нам делать, О лотосоокий?

42. Он смеётся над советами принцев, браминов и учителей, как будто они глупы, показывая своё неуважение, О король!

43. Ни эта огромная вселенная, ни «я» нереальны, — таково его убеждение.

44. Он не обращает внимания ни себя, ни врага, и ни друга, ни королевство и ни мать, ни богатство, ни невезение — воистину, ни на что!

45. Он утратил надежду, желания, стремления и спокойствие. Он не потерял рассудок, но он и не просветлён. Такое его состояние нас сильно печалит.

46. К чему богатство, родственники, королевство и вообще действия? С такими мыслями он, кажется, готов расстаться даже с жизнью.

47. Наслаждения, жизнь, королевство, друзья и родители раздражают его, он подобен птице, ожидающей дождя.

48. Его печальное настроение разрастается, подобно дереву с новыми ветвями, и только ты можешь спасти своего сына от этого по своей милости.

49. Таково его состояние, он считает все богатства и наслаждения этого мира иллюзией и ядом, О король.

50. Какой великий человек на этой земле может вылечить его и вернуть к привычной жизни и делам?

51. Только великий мудрец, не имеющий заблуждений разума, может успешно, как солнце освещает землю и разгоняет тьму, вывести Раму из его печального болезненного состояния, освободив его от всех страданий.

Этим заканчивается сарга десятая «Печаль Рамы» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 11. Утешение Рамы.

1. Вишвамитра сказал:

В этом случае, О мудрые и многое понимающие, приведите его сюда скорее, прекрасного потомка Рагху, как олени своего вожака.

2. Состояние Рамы — не результат заблуждения, привязанности и несчастья, оно полно различения и бесстрастия, и указует на мудрость.

3. Пусть Рама сюда придёт, и мы быстро разберёмся с его проблемами, как ветер сдувает облака с горных вершин.

4. Заблуждения дорогого Рамы будут очищены логикой наших аргументов, и он достигнет высочайшего состояния спокойствия, подобно нам самим.

5. Он поймёт истину, обретёт блаженство и мудрость, успокоится и перестанет страдать, его истощённость пройдёт и он станет лучшим со всех сторон, как будто напившись нектара бессмертия.

6. Он опять займётся своими многочисленными каждодневными обязанностями и мирскими делами, в радостном расположении духа.

7. Он станет мудрым, понимая этот мир и мир иной, будет не подвержен пустым страданиям и восторгам и будет смотреть одинаково бесстрастно на комок земли, камень и золото.

8. После слов мудреца мысли короля прояснились, он вдохновился и посылал одного слугу за другим, чтобы они привели Раму.

9. Тем временем, Рама уже поднялся с места в своей комнате, чтобы пойти к отцу, как солнце поднимается над горами.

10. В компании с несколькими слугами и с двумя своими братьями, он вошёл в прекрасный зал, подобный райским владениям Индры, где сидел его отец.

11. Издалека Рама увидел своего отца Дашаратху, окружённого мудрецами и министрами, подобного Индре, королю богов, в окружении божественной компании.

12. С двух сторон от него были Васиштха и Вишвамитра, а также множество министров и советников, понимающих смысл писаний.

13. Его обмахивали опахалами прекрасные девушки, подобные изображениям богинь в храме.

14. Васиштха, Вишвамитра и другие мудрецы, а также Дашаратха и все придворные увидели издалека подходящего Раму, подобному самому Сканде.

15. Его облачения мудрости и чистоты напоминали снежные покровы Гималаев, и он вызывал у всех уважение глубиной и ясностью своего понимания.

16. Он был спокойным воплощением чистоты, с благородными манерами и мыслями; его вид излучал красоту, умиротворённость и лучшие человеческие качества.

17. Его молодость только начиналась, но он обладал прекрасным спокойствием зрелого человека; он не был взволнованным или весёлым, но был самодостаточным и уверенным, будучи в самой прекрасной поре своей жизни.

18. Он понимал пути мира, обладая необходимой чистотой разума, и его единственным желанием было достижение высочайшей истины.

19. Его разум и интеллект были полны прекрасных качеств, весь вид и манеры чудесны и неизменно благородны.

20. Украшенный своими благородными качествами, лучший потомок Рагху приблизился с мягкой улыбкой, приятной, как небесный цветок.

21. Он с почтением поклонился своему отцу, и прекрасные украшения в его волосах дрожали и переливались, как на горе Меру во время землетрясения.

22. После слов великого мудреца, лотосоокий Рама дотронулся до ног своего отца в почтительном приветствии.

23. Поприветствовав отца, он затем поклонился двум мудрым уважаемым старцам, затем браминам, потом родственникам, учителям и многочисленным друзьям.

24. Затем его приветствовало по очереди королевское окружение, наклоняя голову в поклоне и говоря соответствующие случаю речи.

25. Повинуясь указанию обоих мудрецов, благородный прекрасный Рама спокойно занял место рядом с отцом, в его благословенном присутствии.

26. Он снова поклонился в ноги королю, и отец, великий правитель, нежно обнял его и многократно расцеловал.

27. Затем король, великий герой и победитель врагов, обнял Шатругхну и Лакшману с любовью и нежностью, как лебедь обнимает цветок лотоса.

28. Король предложил Раме сесть ему на колени, но он сел на ковёр, расстеленный слугами на земле.

29. Король сказал:

О мой сын, ты благословен и достиг разумного возраста. Будучи мудрым, не веди себя подобно глупцу, и не оставайся в печали.

30. Воистину, достойным человек становится, следуя советам старейших, мудрых и учителей, а не настаивая на заблуждениях.

31. Мой сын, воистину, даже мелкие невезения обходят нас стороной до тех пор, если мы не настаиваем на своих заблуждениях.

32. Васиштха сказал:

О сильнорукий принц! Воистину, ты герой, победивший врагов мирских стремлений, столь быстро приумножающихся, что их почти невозможно уничтожить.

33. Почему же ты, подобно невежественному глупцу, позволяешь себе тонуть в бесчисленных волнах океана заблуждений, оставаясь инертным и бездеятельным?

34. Вишвамитра сказал:

Скажи, что за проблемы делают твои глаза беспокойными подобно дрожащим голубым лотосам? Оставь свою печаль и скажи, в чем причина твоих страданий.

35. Что за мысли поселились в твоём разуме, подобно мышам в старом доме, — в чем их причина, сколько их, каковы они?

36. Я думаю, только самые лучшие мысли достойны тебя, а те, которые приносят печали, достойны только невежественных людей.

37. Скажи мне, чего ты желаешь, О безгрешный, и твои желания тут же будут исполнены, чтобы не возвращаться вновь.

38. Выслушав эти разумные слова с удовольствием, слыша в них обещание достичь желаемого, Рама, лучший из потомков Рагху, стряхнул с себя свои печали подобно павлину при приближении долгожданных грозовых туч.

Этим заканчивается сарга одиннадцатая «Утешение Рамы» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 12. Причины печали.

1. Валмики сказал:

Подбадриваемый этими словами великого мудреца, Рама произнёс такую речь, прекрасную и полную смысла.

2. Рама сказал:

О великий, я отвечу на все твои вопросы, хотя я и невежествен, ибо кто может ослушаться слов истины?

3. Я родился, рос и учился разным наукам здесь, во дворце своего отца.

4. Потом, в поисках истины, О мудрейший из мудрецов, я путешествовал по святым местам по этой земле, окружённой морями.

5. С того времени в моем разуме возникли мысли, лишающие всех надежд в этом мире.

6. Затем, раздумья о собственной природе привели к задумчивости и безразличию к наслаждениям.

7. Увы, к чему, воистину, радости этой сансары, если все в мире рождается, чтобы умереть, и умирает, чтобы снова родиться?

8. Здесь нет ничего постоянного, все временно — и движущееся, и неподвижное; земное богатство и власть порождают только страдания и грех.

9. Все существа и объекты никак не связаны между собой, как иголки в кучке, однако разум воображает связи между ними и привязывается к ним.

10. Все наслаждения в мире зависят от разума, и когда он познан как нереальный, откуда взяться заблуждению?

11. Увы! нереальное притягивает глупый разум, как жажда заставляет лесного оленя бежать за водой в пустом мираже.

12. Мы не рабы, проданные хозяину, но живём, подобно рабам в кабале. Увы, даже зная это, мы поддаёмся заблуждению, как глупцы!

13. Так называемые удовольствия в этом мире доставляют только страдания, и, воистину, только по глупости и заблуждению, мы оказываемся привязанными к ним!

14. О! Теперь я понимаю, что мы бессмысленно бродим в глухом лесу мира и по глупости попадаем в ямы заблуждений, как неразумные олени!

15. К чему мне царство и наслаждения? Кто я? К чему мне весь этот мир, где всё преходяще? Что иллюзорно — то иллюзорно, к чему стремиться к этому?

16. После таких рассуждений, О брамин, я ко всему ощущаю отвращение, подобно уставшему путнику в пустыне.

17. Скажи мне, О мудрый, что разрушается, что рождается и что изменяется?

18. Старость, смерть, рождение, везение и невезение, — все это попеременно появляется и пропадает снова и снова.

19. Увы! Иллюзорные наслаждения приводят только к старости и болезням, подобно ветрам, от которых дряхлеют горные деревья.

20. Под воздействием воздуха, называемого праной, люди механически издают бессмысленные звуки, подобно пустому бамбуку на ветру.

21. Как избавиться от страданий? — эти мысли сжигают меня изнутри, подобно огню, горящему в дупле трухлявого дерева.

22. Страдания сансары лежат камнем на моем сердце, хотя я и не лью слезы, чтобы не опечалить своих друзей.

23. Моё лицо пусто, и слезы высохли, только бесстрастие в моем сердце в одиночестве созерцает мои страдания.

24. Я схожу с ума, размышляя о реальном и нереальном в этом мире, подобно нищему, видящему вдали недосягаемое богатство.

25. Привязанности отупляют разум, разрушают добродетели, раскидывают сети страданий, и приносят бесчисленные разочарования.

26. Богатство не приносит мне радости, а только бесконечные беспокойства; потомство, красавицы и дворцы подобны огромному невезению.

27. О мудрый! Как прикованный цепью дикий слон рвётся на волю, так и мой разум не способен успокоиться, думая о различных недостатках изменяющегося мира и о причинах бесчисленных изменений.

28. Бесчисленные преходящие объекты в мире подобны искусным грабителям в ночной тьме заблуждения, уничтожающим способность к различению. Кто те мудрые герои, что способны победить их?

Этим заканчивается сарга двенадцатая «Причины печали» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 13. Поношение богатства.

1. Богатство уважается в этом мире, хотя оно приводит только к бесполезным заблуждениям, О мудрый!

2. Ослепляя своим бесконечным великолепием, оно завлекает и уносит глупцов, подобно бурной реке, разлившейся в сезон дождей.

3. Его многочисленные дочери — беспокойства, взращённые дурными желаниями; они подобны непостоянным волнам на поверхности реки.

4. Оно неустойчиво подобно несчастной женщине с обожжённой ногой, которая не может ни стоять, ни передвигаться с места на место.

5. Оно сжигает и разрушает своего владельца, подобно чадящей лампе, которая покрывает все вокруг сажей.

6. Богатство достигается с трудом, но приходит и к королю, и к простаку, и к глупцу без различения их достоинств и недостатков.

7. Приумножение его действиями только приумножает заблуждения, как молоко, данное змеям, только увеличивает остроту их яда.

8. Люди добры и дружественны к другим только до тех пор, пока их не затронет богатство, подобное жестокому ветру, от которого грубеет снежный наст.

9. Достаток портит даже учёных, героев, хороших и добрых людей, подобно тому как навоз скрывает блеск драгоценностей.

10. О мудрый, богатства не приносят счастья, а, наоборот, приводят к несчастью, как ядовитое растение незаметно убивает своим ядом.

11. Три типа людей встречаются очень редко — богач, оставшийся честным, герой, который не хвалится подвигами, и мастер, видящий всех равными.

12. Богатства подобны огромным горам Виндхья, полных диких слонов заблуждений, и глубоким опасным пещерам, где обитают змеи страданий и разочарований.

13. Богатство — ночь для дневных лилий хороших качеств и луна для ночных лотосов страданий; ветер для свечи благоразумия и беспокойные волны желаний и удовольствий.

14. Богатство приносит тучи заблуждений, оно усиливает яд страданий; оно — поле для фантазий и ужасная змея беспокойств.

15. Оно подобно морозу для ростков отрешённости и ночи для сов волнений и болезней; оно подобно клыкам демона Раху, проглатывающего луну различения, при свете которой расцветают лотосы хороших качеств.

16. Оно непостоянно, как радуга в небе, увлекающая своим разноцветьем, оно появляется и пропадает как быстрая молния, привлекая глупца.

17. Оно, низкое по рождению, хитрее хитрого лесного мангуста, и обманчивее обманного миража, вводящего в заблуждение оленя, обуянного жаждой в летний зной.

18. Оно непостоянно, подобно волне или неверному свету лампы, и его пути невозможно понять.

19. Оно жестоко и подобно быстрому льву, могучему слону в битве и острому клинку из стали, находя приют в сердцах безжалостных людей.

20. Я не вижу, чтобы богатство могло дать хоть сколько–то счастья, свободного от горечи; оно невозможно без обкрадывания других, без боли, страданий и самых разных несчастий.

21. Увы! Даже в бедности, когда богатство оставлено, волнения о нем не отступают, беспокоя снова и снова, подобно ворам, крадущимся во тьме ночи.

22. Богатство томит разум, подобно красавице со вздорным характером, и бесполезно пытаться приручить его, — оно изменчиво и вероломно. Богатство подобно выросшему в канаве кусту, под цветами которого видны корявый ствол и безобразные ветви.

Этим заканчивается сарга тринадцатая «Поношение богатства» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к освобождению, записанной Валмики.

Сарга 14. Отвращение к жизни.

1. Рама сказал:

Жизнь подобна дрожащей капле воды на кончике травинки, готовой неожиданно упасть, оставив тело, в любой момент.

2. Жизнь тех, кто не понимает себя, чей немощный разум привязан к отравляющим объектам, становится для них причиной страданий.

3. Жизнь прекрасна только для тех, кто познал то, что должно быть познано, кто успокоился в состоянии абсолютной наполненности и блаженства вне зависимости от обладания или не обладания чем либо.

4. О мудрый, жизнь ужасна для того, кто уверен, что он маленькое существо, ограниченное телом; для него жизнь подобна сверканию молний в грозовой туче сансары.

5. Можно поймать ветер, можно разделить пространство, можно связать волны, но невозможно надеяться на нашу жизнь.

6. Жизнь быстротечна, как быстрые осенние облака, как свет лампы, в которой кончается масло, как рябь на поверхности воды.

7. Легче поймать отражение луны в волне, молнию в небе или множество небесных лотосов, чем удержать жизнь от разрушения.

8. Неуспокоенный разум желает продлить свою пустую жизнь; что приводит глупца только к страданию, подобного бессмысленному существованию бесплодного мула.

9. О брамин, тело подобно пене в океане творения повторяющихся кругов сансары; такое существование совсем не доставляет мне удовольствия.

10. Настоящей жизнью можно назвать только то состояние абсолютного спокойствия, где нет страданий и где достигнуто то, что должно быть достигнуто.

11. Существуют деревья, существуют птицы и звери, но только тот воистину живёт, чей разум перестаёт существовать, уничтоженный пониманием.

12. Только те живут по–настоящему, кто не рождается здесь вновь, все остальные же существуют как престарелые ослы.

13. Для глупца священные тексты — тяжёлый груз; для того, кто полон желаний, даже мудрость — неподъемная тяжесть; для беспокойного свой собственный разум — бремя; и тому, кто не знает себя, — само тело и жизнь — тяжёлая ноша.

14. Тело, жизнь, разум, интеллект и эго следуют за желаниями, и потому для глупца вся жизнь полна страданий, подобно неподъёмному грузу носильщика.

15. Воистину, трудна жизнь тех, чей разум беспокоен; она полна печалей и страданий, и в ней гнездятся птицы разных болезней.

16. День за днём многие печали безвозвратно разрушают тело и жизнь, как крысы разрушают стены старого дома.

17. Болезни прячутся в порах тела, отравляя его и злобно всасывая жизнь и разрушая дух, подобно ядовитым змеям, отравляющим лесной воздух своим дыханием.

18. Истекающие ядом и слизью, противные, ужасные и разрушительные, вызывающие страдания, внутренние болезни подобны термитам, истачивающим изнутри трухлявый пень.

19. Как кошка, подстерегающая мышь, жадная смерть непрерывно следит за жизнью, чтобы сожрать её.

20. Жизнь подобна немощной проститутке, напудренной и благоухающей духами, которую старость разрушает подобно обжоре, пожирающему свой ужин.

21. Молодость быстро оставляет нас, как быстро человек оставляет компанию обманщика, потеряв к нему уважение.

22. Друг разрушения, родственник старости и смерти, время, подобно ловеласу, жаждет конца жизни.

23. Нет ничего в этом мире такого же бесполезного и бессмысленного, как жизнь, пища смерти, абсолютно бесполезная, лишённая истины, полноты и радости.

Этим заканчивается сарга четырнадцатая «Отвращение к жизни» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 15. Отвратительность эго.

1. Рама сказал:

Как иллюзия возникает и по глупости расцветает бесполезный эгоизм — враг мудрости, — и он пугает меня.

2. Из–за эгоизма жизнь, принимая разнообразные формы, приносит бесполезные ужасные страдания и горести.

3. Все страдания возникают из–за эгоизма, и эгоизм является причиной всех желаний и дурных мыслей. Эгоизм — моя самая страшная болезнь!

4. Ища спасения от этого давнего врага, я не ем и не пью, ибо к чему эти наслаждения, О муни?

5. Подобно охотнику с его ловушками, эгоизм раскидывает в разуме сети удовольствий и желаний и вовлекает обманутый разум в долгую иллюзию сансары.

6. Эгоизм прорастает долгими ядовитыми многочисленными страданиями, подобными колючим кустам на склонах гор.

7. Эгоизм глотает луну спокойствия, подобно демону затмения Раху, от него вянут лотосы добродетели, как от заморозков, и он разгоняет облака бесстрастия, подобно осенним ветрам. Я отказываюсь от эгоизма!

8. Отказавшись от всех желаний и эгоистического понятия «я есть Рама», я хочу оставаться в спокойствии самого себя, подобно мудрым.

9. Все, в чем есть эгоистические понятия — все то, чем я наслаждался, молился и что делал, — все впустую, истинно только то, где эгоизм отсутствует.

10. Когда я нахожусь под влиянием эгоизма, я несчастен; когда я от него свободен, я счастлив. Поэтому, О брамин, я лучше обойдусь без него.

11. О мудрый, отказавшись от эгоизма, разум пребывает в спокойствии, уходят печали и заканчивается поток преходящих желаний.

12. О брамин, пока в небе раскинулась дождевая туча эгоизма, желания, подобно растению кутаджи, будут расти и цвести.

13. Но когда тучи эгоизма рассеиваются, молнии желаний тоже мгновенно пропадают, подобно свету потушенной лампы.

14. В диких горах эгоизма огромный слон разума безумствует и трубит в ярости, вторя грохочущему грому в облаках.

15. Эгоизм также можно сравнить с ужасным львом, бродящем в этом огромном лесу тела, из–за развлечений которого появляется весь огромный мир.

16. Ожерелье со множеством бусин многочисленных перерождений, нанизанных на нити желаний, украшает шею того, кто потакает ужасному эгоизму.

17. О мудрый, враждебный эгоизм коварно раскидывает в этом мире сети родственных и дружеских отношений, обманывая зрителей подобно фокуснику.

18. Как только исчезает эгоистическое понятие обо «мне», с ним сразу же исчезают и все страдания.

19. Когда постепенно исчезает облако эгоизма, туман заблуждений тоже куда–то пропадает с небес разума.

20. Я думаю, что у меня не осталось эгоизма, но по глупости меня все равно мучают печали и страдания. О мудрый, молю, объясни мне мои заблуждения.

21. Эгоизм приносит с собой множество страданий и всяческих несчастий, внутреннюю неуверенность и отсутствие добродетелей, — у меня его нет. Скажи мне, О мудрый, чего остаётся достичь?

Этим заканчивается сарга пятнадцатая «Отвратительность эго» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 16. Дурная природа разума.

1. Рама продолжил:

Разум беспокоен и непостоянен, как дрожащие на ветру павлиньи перья, и полон скрытых пороков, мешающих служить святым мудрецам с должным усердием.

2. Бесцельный, невнимательный и неугомонный, он постоянно бродит то там, то тут, как голодная деревенская собака в поисках объедков.

3. Он нигде не находит удовлетворения, потому что даже найденное сокровище не может его наполнить, как океан не может наполнить дырявую корзину.

4. Воистину, О мудрый, только лишенный желаний разум не ловится в сети желаний, раскинутые вокруг во множестве, подобно осторожному оленю, отбившемуся от стада.

5. Мысль подобна непостоянной волне, появляющейся и пропадающей, она не может подолгу оставаться на месте.

6. Мысли разума неспокойны и беспорядочны, они разбегаются повсюду как волны, поднявшиеся в океане молока, когда его взбивали с помощью горы Мандары.

7. Я не могу успокоить океан своего разума, в котором водятся чудовища заблуждений среди волн и водоворотов понятий.

8. Разум подобен голодному оленю, О брамин, бездумно бродящему повсюду в поисках сочной травы и попадающему в яму, выкопанную охотником.

9. Невозможно успокоить свой непостоянный разум и отказаться от многочисленных мыслей, волнение которых напоминает волнение океана.

10. Он беспокоен тысячами забот и волнений, и со своими изменяющимися мыслями он не может стоять на месте, подобно льву в клетке, потерявшему свободу.

11. Глупый разум, движимый невежеством, скоро уничтожает счастье и спокойствие, подобно лебедю, выпившему молоко, но оставившему воду.

12. Мой разум спит на ложе бесчисленных понятий и концепций, полностью погрузившись в них своими мыслями, и я не могу его пробудить, О лучший из мудрых! Поэтому я смущён и обеспокоен.

13. Мой разум, пребывая во мне, связал меня самого верёвкой желаний с крепкими узлами, О брамин, и я подобен птице, попавшей в силки.

14. Разум сжигает меня, как сухую солому, в огне бесчисленных желаний в дыму нетерпимости.

15. Разум, сопровождаемый жестокой и глупой женой желаний, пожирает меня, О брамин, подобно собаке, рвущей мёртвое тело.

16. Мой глупый разум, О брамин, несёт меня на волнах беспорядочных мыслей как наводнение тащит вырванное с корнем дерево.

17. Разум несёт меня, как порывы ветра несут сухие листья, то поднимая их в воздух, то роняя на землю.

18. Мой неверный разум не даёт мне пересечь океан сансары, перекрывая путь, как дамба прерывает течение реки.

19. Мой невежественный разум то опускает меня в ад, то поднимает вверх, подобно верёвке, окунающей и поднимающей ведро в колодце.

20. Мой дурной разум пугает меня ужасными иллюзиями, которые пропадают при исследовании, как привидение пугает ребёнка.

21. О брамин, трудно удержать разум, который быстрее молнии, тяжелее огромной горы и горячее огня!

22. Разум стремится к объектам своих желаний, как птица к своей добыче, и в следующий миг теряет к ним интерес, как ребёнок к игрушке.

23. В океане разума чудище желаний утаскивает меня в водовороты понятий, волнений и глупых стремлений.

24. Удержать разум сложнее, чем выпить океан, разрушить гору Меру, или проглотить огонь.

25. Разум является причиной объектов во всех трёх мирах. Когда из–за прилежных усилий пропадает разум, пропадает и мир.

26. Невежественный разум прорастает множеством радостей и страданий, как холм зарастает деревьями. Но с помощью практики разумного различения, О мудрый, они пропадают, одно за другим.

27. Я хочу победить этого ужасного врага и надеюсь освободить все хорошее, что им скрыто. У меня нет других желаний и стремлений, которые подобны облакам, скрывающим лик луны.

Этим заканчивается сарга шестнадцатая «Дурная природа разума» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 17. Разочарование в желаниях.

1. Рама сказал:

В темноте небес разума гнездятся многочисленные мрачные совы заблуждений и бесчисленных желаний.

2. Волнения и беспокойства жгут меня изнутри и лишают жизненных сил, подобно солнечным лучам, иссушающим землю.

3. В густом лесу моего разума, полного глупых заблуждений, огромный демон желаний отплясывает свой ужасный танец.

4. Мои бесчисленные желания, прорастающие от слез моих жалоб, растут и буйно цветут в тумане невежества, подобно цветам канчана!

5. Многочисленные страдания, внутренние заблуждения и неспокойные желания подобны бесчисленным волнам на поверхности огромного океана.

6. Потоки изменчивых непостоянных желаний текут в скалах моего тела подобно горным рекам, ревущим и неуправляемым.

7. Как поднявшийся ураган легко уносит неведомо куда сухие травинки, так нечистые помыслы и желания увлекают за собой птицу разума.

8. Как я ни стараюсь развить хорошие качества, желания уничтожают мои старания, как крыса легко перегрызает шнурок.

9. Колесо желаний и беспокойств неудержимо несёт меня, как ураган поднимает сухую солому, как ручей несёт сухой лист и как ветер разгоняет облака в осеннем небе.

10. Как птицы в силках, я запутался в сетях беспокойных мыслей и не могу достичь своей цели самоосознания.

11. Отец, огонь желаний сжигает меня, и этот огонь, опасаюсь, невозможно потушить даже испив нектар бессмертия.

12. Разгорячённая лошадь беспокойных желаний носит меня повсюду, то уносясь вдаль, то возвращаясь обратно.

13. Как колодезный ворот то поднимает, то опускает ведро в колодце, так верёвка желаний носит меня, привязанного к объектам, то вверх, то вниз.

14. Человек изнутри привязан к желаниям и они влекут его, как быка на верёвке. Эту связь невозможно разорвать!

15. Как охотник расставляет свои ловушки, так и желания раскидывают в мирах сети отношений с детьми, друзьями и родственниками!

16. Хоть я и герой, ночная тьма желаний пугает меня, и не даёт видеть и наслаждаться блаженством.

17. Желание подобно чёрной змее — её кольца кажутся безобидными, но, как только протягиваешь к ней руку, она кусает, выпуская ужасный яд страданий.

18. Желание подобно чёрному демону, связывающему сердца людей верёвками иллюзий, вызывая страдания и несчастья изменяющегося мира.

19. Желание подобно старой лютне с оборванными струнами, на которой невозможно сыграть приятную мелодию, О брамин!

20. Желание подобно ядовитому плющу катука, плотно оплетающему деревья, чьи густые выделения сводят людей с ума.

21. Желание подобно старой ветви с засохшими цветами, бесполезной и не приносящей ни радости, ни плодов.

22. Желание подобно престарелой куртизанке, которая не услаждает разум, но продолжает бесполезно приставать ко всем!

23. Желание подобно пожилой актрисе, выступающей на огромной сцене сансары, пытаясь подстроиться под разные вкусы и не приносящая никому удовольствия.

24. Желание подобно ядовитой лиане, разросшейся в огромных джунглях сансары, у которой цветы старости и плоды несчастий.

25. Желание подобно старой танцовщице, танцующей как заведённая, не доставляя никому наслаждения.

26. Заботы подобны беспокойному павлину, распускающему завораживающий яркий хвост в тумане невежества, но ищущему укрытия при ярком свете солнца понимания.

27. Даже когда, казалось бы, река желаний уже иссохла, она неожиданно вновь наполняется водой, подобно бурному потоку в сезон дождей.

28. Желание опустошает человека за человеком, подобно вертлявой птице, которая перелетает с дерева на дерево, обклёвывая на них плоды.

29. Желание подобно беспокойной обезьяне, не способной усидеть на одном месте, залезающей временами в немыслимые места и тянущейся за прекрасными плодами, даже если не голодна.

30. Желание постоянно в своей случайности и непоследовательности, оно непрерывно в действии, но никогда не делает ничего должным образом.

31. Желание подобно чёрной пчеле на белом лотосе сердца, оно то возносится в облака, то падает в глубины преисподней или блуждает среди цветов.

32. Среди всех заблуждений этого мира, желание приносит больше всего страданий. Оно настигает даже тех, кто скрывается от него за высокими стенами.

33. Желание отупляет, оно подобно тучам глупости и плотному туману невежества, закрывая собой божественный свет.

34. Подобно верёвке, связывающей скот, желание связывает и ограничивает разум каждого человека в этом мире.

35. Желание подобно радуге — оно пусто и висит в пустоте со своими прекрасными цветами, нематериальностью и бессмысленностью.

36. Оно подобно осенней молнии, уничтожающей урожай зёрен добродетели; морозу, от которого чернеют лотосы понимания, и тьме долгой ночи.

37. Оно подобно танцору в танце сансары, птице в гнезде действий, беспокойному оленю в лесу разума, флейте для играющей в голове мелодии.

38. Оно подобно волне в океане мирских забот, цепям на ногах слона заблуждений, многочисленным стволам баньянового дерева, лунным лучам для ночного лотоса страданий.

39. Желание подобно драгоценной шкатулке, полной страданий старости и смерти, оно подобно безумной кокетке, приносящей одни беспокойства и болезни.

40. Желание иногда чисто, как свет, иногда черно, как ночь; временами высоко, как звезды Млечного пути, временами низко, как самое глубокое туманное ущелье.

41. Желание успокаивается, когда успокаиваются усилия тела, как тьма ночи заканчивается, когда пропадают ночные демоны.

42. Пока по глупости продолжается гонка этого безумного мира, люди будут страдать от горячки этого ядовитого желания.

43. Все страдания этого мира прекращаются, когда прекращаются беспокойные мысли. Говорят, что прекращение беспокойств — лучшее средство для излечения жажды желаний.

44. Объектом желания или опасения может быть все, что угодно, даже трава, камень или палка, как голодная рыба бросается на даже на пустой крючок.

45. Болезненное вожделение к женщине даже умных людей делает глупцами, как лотосы стремятся к обжигающим солнечным лучам.

46. Желания подобны бамбуку — пустые внутри, длинные, узловатые и колючие, но они манят обещанием спрятанного внутри жемчужного сокровища.

47. Удивительно, что мудрецы способны справиться с непобедимым желанием, разрубая его острым мечом различения!

48. Ибо ни острый клинок, ни быстрая молния, ни жаркие огненные искры не могут уничтожить это желание, живущее в наших сердцах, О брамин!

49. Желание подобно огню лампы, который светит ярко, но не даётся в руки, обжигая, когда дотронешься. Он долго и ярко горит, поддерживаемый маслом, но его конец чёрен, подобно фитилю.

50. Желание мгновенно превращает лучших из людей в бесполезную солому, даже если они мудры, бесстрашны или стойки, подобно горе Меру.

51. Желание подобно страшной горе Виндхья, где много глубоких ям и ужасных ловушек, и где плывут тёмные пугающие туманы.

52. Желание пребывает внутри, но кажется, что оно пребывает повсюду в объектах этого мира. Желание пребывает в этом мире, как в игривых изменчивых волнах пребывает завораживающая сила океана молока.

Этим заканчивается сарга семнадцатая «О желаниях и разочарованиях» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 18. Отвращение к телу.

1. Рама продолжил:

Это непостоянное жалкое тело, дрожащее в сансаре, — куча артерий, жил и скользких кишок. Оно приносит нам только боль и страдания.

2. Неразумное, оно кажется разумным, несущественно, хоть и кажется существующим, по своей удивительной природе оно и не неразумно, и не разумно.

3. Оно видится то как живое, то как инертное, и для глупца, не способного к различению, оно — только источник сомнений и заблуждений.

4. Восхищающееся по мелочам и страдающее по мелочам, это тело действительно жалко, низко и бессмысленно.

5. Его зубы скоро выпадают, а волосы седеют и редеют, но оно постоянно украшает себя цветами улыбок.

6. Тело похоже на дерево — его ветви — руки, крона — плечи, туловище — ствол, глаза пчёлы, обитающие в дуплах, птицы — ряды зубов, голова — плод этого дерева;

7. Уши — дятлы, пальцы на руках и ногах — многочисленные листья, густая поросль у основания — болезни, его действия — топоры, подрубающие корень, и две птицы, сидящие в его кроне — душа и Сознание.

8. В своих перерождениях, путешествующая душа останавливается ненадолго отдохнуть в тени этого дерева. Как можно назвать это тело своим собственным или принадлежащим кому–то? Надежда и безнадёжность по отношению к нему бессмысленны.

9. Это тело — только лодка, данная нам, чтобы переплыть этот океан рождений и смертей, но нельзя считать его своим.

10. Тело подобно пустому лесу, полному нор и пещер, с бесчисленными деревьями волос — разве можно на него положиться?

11. Это тело с его плотью, жилами и костями похоже на старый разорванный барабан. Но я прислушиваюсь к нему, как кот, караулящий мышь.

12. Это дерево тела выросло в лесу сансары, в нем прыгает беспокойная обезьяна разума, на нем расцветают цветы беспокойств, и его грызут термиты бесконечных страданий.

13. В нем скрывается ядовитая змея желаний, и ворон озлобления свил там своё гнездо. На нем растёт множество хороших и плохих плодов, и, когда улыбается, оно кажется приятным, О почтенный!

14. Его ствол оплетён сетью вьющихся лиан, его ладони — прекрасные соцветия, ветер жизненной силы колышет его ветви.

15. Ноги — его стволы, на нем сидят птицы чувств, оно даёт тень удовольствия, которая привлекает странника страсти.

16. Волосы на его голове подобны мху, свисающему с ветвей, там свил гнездо коршун эгоизма, и внутри оно гнилое и трухлявое.

17. Корни этого дерева — обусловленности и ограничения разума, и огромные усилия нужны, чтобы уничтожить их. Это дерево совсем не приносит мне счастья.

18. Тело — это большой дом для обитающего в нем чувства эго. О мудрый, мне все равно, останется это тело, или умрёт.

19. Пять органов чувств подобны животным, бродящим на привязи во дворе дома желаний. Это тело, раскрашенное в разные цвета для возбуждения страсти, мне совсем не нравится.

20. Остов этого телесного дома состоит из костей, обвитых верёвками внутренностей, и мне такой дом совсем не нравится.

21. В нем натянуты верёвки жил, в нем полно крови и слизи, и старостью оно покрашено в белый цвет. Мне такой дом совсем не нравится.

22. За ним присматривает смотритель разум, его опоры — бесконечные беспокойные действия, его фундамент — преходящие заблуждения. Я не люблю этот дом тела.

23. В этом доме страдание — плач детей, наслаждение — игры на ложе удовольствий, слуга — сжигающее дурное желание. Я не люблю этот дом тела.

24. Этот дом полон объектов для органов чувств — всякой утвари и горшков, наполненных грязью и покрытых ржавчиной невежества. Я не люблю этот дом тела.

25. Он стоит на двух ногах с умащёнными благовониями щиколотками, на шесте сверху приделана голова, по бокам — две длинные руки. Я не люблю этот дом тела.

26. В глазах–окнах видна временами мудрость, хозяйка дома, занятая игрой со своей дочерью беспокойством. Я не люблю этот дом тела.

27. Волосы покрывают этот залитый лунным светом дом, подобно соломе, и пальцы на руках подобны башенкам, его украшающим. Я не люблю этот дом тела.

28. Все стены тела покрыты многочисленными сорняками и лианами волос, внутри — никогда не заполняющаяся пустота! Я не люблю этот дом тела.

29. Внутри него рычит и скребётся когтями голодная собака и раздаются бурчащие звуки. Я не люблю этот дом тела.

30. В нем постоянно дуют сквозняки вдохов и выдохов, глаза подобны широко раскрытым окнам. Я не люблю этот дом тела.

31. Рот — ужасный вход в дом, где скалит зубы беспокойная обезьяна языка. Я не люблю этот дом тела.

32. Снаружи он покрыт мягкой кожей и умащён маслами и снадобьями, его стены вибрируют от работы внутренних механизмов, и крыса разума постепенно разрушает его. Я не люблю этот дом тела.

33. На мгновение появляются очаровательные улыбки, любовь и красота и освещают все вокруг, подобно лампам, но в следующий момент всё опять погружается в полную тьму. Я не люблю этот дом тела.

34. Этот дом — вместилище всех болезней, ветшающий от старости, построенный на фундаменте боли и страданий. Я не люблю этот дом тела.

35. Это тело подобно бесплодному лесу, где бродят ужасные медведи чувств, чьи берлоги пусты и скрыты в глуши, заросшей лианами. Я не люблю этот лес.

36. Я не могу, О мудрейший муни, таскать за собой это тело, как измученный слон не может подняться из болота, в котором он тонет.

37. К чему богатство, королевство, тело, желания и стремления? Все это в короткий срок беспощадно уничтожается временем.

38. Скажи мне, О муни, что хорошего в этом теле, состоящем и внутри, и снаружи из крови и мяса и предназначенном к разрушению?

39. В момент смерти это неблагодарное тело не следует за душой. Скажи мне, О мудрый, к чему это тело?

40. Это тело также непостоянно, как взмахи ушей бешеного слона и также хрупко, как висящая капля воды. Я отказываюсь от этого тела, пока оно не отказалось от меня.

41. Цветок тела слаб и бессилен, и подвластен ветрам болезней, старости и смерти, и вкус его горек и отвратителен. Я не люблю его.

42. Бутон этого тела с рождения ест и пьёт, и скоро сам стареет и затем умирает.

43. Совсем не стесняясь, бесстыдно оно снова и снова развлекается бытием, превращающимся в небытие и удовольствиями, которые все время превращаются в страдания!

44. К чему поддерживать это тело, если за долгое время оно не достигло никаких высот и постоянства, не смотря на все заботы, богатства, почитание и власть?

45. В своё время тело стареет и в своё время умирает, — и в этом нет разницы между богатым и бедным.

46. Это тело подобно черепахе посреди древнего океана сансары. Глубоко в пещере её желаний спит драгоценное забытое бессловесное желание свободы.

47. Тело называют самим человеком, хотя оно только его плот в океане сансары, пригодный только для того, чтобы сгореть в конце концов.

48. Не пристало мудрым, отличающим истину от иллюзии, беспокоиться об этом плюще тела, привлекающем огромные рои пчёл грехов и приносящем гнилые плоды разрушения.

49. Это тело — противная скользкая лягушка, которая быстро стареет, и, ничего не успев понять в жизни, умирает.

50. Тело подобно пустым ветрам, которые только поднимают пыль на своём пути, и не ясно, откуда они и куда стремятся.

51. Мы не понимаем смысл проявлений этого тела, О бхагаван, также, как не понимаем, откуда приходят и куда уходят движения ветра, мысли разума и свет лампы.

52. Стыд и позор тем, кто привязан к этому телу, обманутый вином непонимания! Стыд и позор тем, кто привязан к этому миру!

53. О мудрый! Достойнейшие из людей — это те, чей разум спокоен, и кто знает, что «я не принадлежу телу, и тело не принадлежит мне, и я не являюсь ничем из всего этого!»

54. Стремления к славе и бесчисленным удовольствиям разума ослепляют и не дают видеть заблуждения, привязывая человека к этому телу.

55. В пещерах тела скрывается ужасный демон эгоизма, который может притворяться красавицей, и мы легко верим её магии!

56. Несчастная мудрость томится взаперти в тюрьме привязанности к телу, и её навещает временами только ужасная обманчивая демонесса неверных заключений.

57. Ничего из того, что мы видим, не является истиной, но удивительно, что люди, забывая и губя себя, продолжают обманываться видимостью тела, которое достойно только сожжения.

58. Это тело так же преходяще, как капли воды в водопаде, как цветок, засыхающий и опадающий всего за несколько дней.

59. Это тело бесполезно и пропадает так же легко, как пузыри пены на поверхности океана, с их бессмысленным появлением и движениями.

60. Это тело существует здесь, как приснившийся город, и то, и другое — это только видоизменения невежества, пропадающие через мгновение. Я не могу полагаться на это, О дваждырождённый.

61. Только тот глупец может надеяться на прочность этого тела, который надеется на быструю молнию, осенние облака и небесные замки.

62. Это тело временно, и то, что оно делает — тоже преходяще. Оно обманывает даже победителя. Поэтому усилием разума я отказываюсь от этого тела, полного заблуждений, как от ненужной травы, и остаюсь в спокойствии.

Этим заканчивается сарга восемнадцатая «Отвращение к телу» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 19. Жалкое состояние детства.

1. Рама сказал:

Обретя рождение в океане сансары среди беспокойных волн действий, мы проводим детство в страданиях!

2. Беспомощность, случайность, желание, неспособность выразить себя, неразвитость разума, жадность, игривость и вредность — таковы дни детства.

3. Детство подвержено вспышкам ярости, слез и капризов, и привязано к различным несчастьям, подобно слону на цепи.

4. Сердце ребёнка терзают страдания более ужасные, чем страдания умирающего, старика, больного, несчастного и любого взрослого или молодого человека.

5. Действия ребёнка подобны действиям животного, и все на него смотрят с пренебрежением. Детство более жалко, чем сама смерть.

6. Непоседливый, отвлекающийся разум ребёнка — облако невежества, полное фантазий и глупостей. Есть ли в нем место для счастья?

7. Ребёнок часто не понимает и боится самых простых вещей вокруг себя, даже ветра и воды! И эти неразумные страхи приводят к страданиям.

8. Шалости и обман, дурное влияние и низкие желания только углубляет его заблуждения.

9. Ребёнок погружен в свои фантазии и плохо себя ведёт, поэтому ребёнка контролируют и наказывают. Воистину, детство — беспокойное время!

10. У ребёнка множество самых разных пороков, нехороших склонностей, дурных выходок и грязных мыслей, которые подобны совам, затаившимся в глубоком дупле.

11. О мудрый, я сочувствую всем тем, кто по глупости воображает, что детство счастливо.

12. Детский разум подобен качелям, качающимся от одной мысли к другой, недостойных никакого из трёх миров, — разве можно его успокоить?

13. Разум любого по природе непостоянен, но в детстве, О муни, он в десять раз более непостоянный!

14. Разум по природе беспокоен, и детство ещё более беспокойно. Что может помочь, когда и одно, и другое объединяются вместе?

15. Мимолётность женских взглядов и вспышек молний, непостоянство пламени и океанских волн — все это, О брамин, может поучиться непостоянству у детского беспокойного разума.

16. Детство и разум похожи друг на друга, как два брата, всегда беспокоящихся и заблуждающихся по самым разным поводам.

17. Разные несчастья, ошибки и проблемы окружают детство, как множество самых разных проходимцев всегда окружают богача.

18. Если ребёнок не получает чего–нибудь нового каждый день, то он настолько несчастен и болен, как будто он был отравлен.

19. Ребёнок подобен щенку — он любит играть в грязи, счастлив от малого, и несчастен тоже от малого.

20. Ребёнок — вместилище невежества, его лицо постоянно в слезах и соплях, он подобен намокшей под дождём куче золы.

21. Неразвитый интеллект ребёнка приводит его к постоянным страданиям, он желает все, что видит и о чем слышит, и всего боится и всегда капризничает.

22. Если ребёнок не получает желаемого, с ним случается сильнейшая истерика, как будто его разум разом воспалился.

23. Дети сами не могут достать то, что хотят, и вынуждены для этого всячески изворачиваться. Никто так не страдает, О муни, как ребёнок.

24. Разум ребёнка мучается из–за своих собственных глупых желаний, подобно лесу под безжалостным летним солнцем.

25. В школе добавляются болезненные наказания, и страдания ребёнка многократно возрастают, они подобны боли и ужасу дикого слона, заключаемого в цепи.

26. Нежное детство полно различных увлечений и невежественных желаний, которые приводят к длиннейшим страданиям.

27. Глупый ребёнок желает проглотить всё в этом мире и достать луну с неба, можно ли быть счастливым при таких желаниях?

28. Хоть ребёнок и различает тепло и холод, он не может их избежать, — в чем тогда разница между ним и деревом, О муни?

29. Природа детей подобна птичьей — они готовы лететь на крыльях, подталкиваемые голодом, желаниями и своими страхами.

30. Дети боятся учителей, мать и отца, посторонних людей и детей постарше. Воистину, детство — это обитель страха.

31. О великий муни, детство — это период жизни, полный самых разных проблем, и никто, кроме неразличающих реальность глупцов, не может увидеть в нем счастья и удовлетворения.

Этим заканчивается сарга девятнадцатая «Жалкое состояние детства» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 20. Отвращение к юности.

1. Рама сказал:

Оставляя бесполезное детство ради невежественной юности, страдающий человек приближается к собственному концу.

2. Возникающие иллюзорные и изменчивые фантазии о бесконечных увлечениях, флирте и играх делают жизнь глупца все несчастнее и несчастнее.

3. Подросток бессилен перед демоном похоти, обитающим в пещере его разума и постоянно возбуждающим его многочисленными фантазиями.

4. Мысли подростка глупы и мимолётны, подобно кокетке, он не может держать их под контролем, как невежественных детей.

5. Заблуждения юности приводят к соответствующим результатам в виде страданий и несчастий, О муни!

6. Те, кто не был уничтожен адскими заблуждениями юности, способны пережить все что угодно.

7. Пережившего ужасное время юности, наполненное множеством разнообразных событий на любой вкус, воистину можно назвать героем.

8. Я не люблю быстротечную молодость, опасную, как всплески молний и оглушительную, как гром в грозовой туче.

9. Я не люблю молодость, по виду сладкую, на вкус кислую, разрушительную, но украшенную заблуждениями, убийственную, как солнечный удар.

10. Я не люблю молодость, где нереальное кажется реальным и скоро приводит к разочарованиям, как объятия женщины во сне.

11. Я не люблю молодость, кажущийся сначала привлекательным быстротечный обман, похожий на воздушный замок в небе.

12. Я не люблю молодость, — её счастье быстротечно, как выпущенная стрела, а её страдания постоянны, как жар все больше разгорающегося огня.

13. Я не люблю молодость — её удовольствия мимолётны и несущественны, подобно ночи в объятиях проститутки.

14. Все, что случается в молодости — причина для огромных волнений и страданий, как будто весь мир вокруг рушится.

15. Глупости юности и её непроглядной тьмы в сердце опасается даже сам Бхайрава, ужаснейший из богов.

16. Ошибки молодости разрастаются и от этого разрушается разум и забываются хорошие манеры.

17. Как дерево, горящее в лесном пожаре, сердце молодого горит невыносимым огнём страдания, когда любимая покидает его.

18. Разум, подобный спокойной, широкой и чистой реке, в юности становится буйным и мутным, как буйная и мутная река в сезон дождей.

19. Можно перебраться на другой берег ужасной и быстрой реки, но невозможно разобраться в бурлящих бесконечных желаниях молодости.

20. С мыслями о двух крепких грудях и волнующем личике, юноша преждевременно тупеет и стареет.

21. Молодой человек, полный пустых желаний, по праву не уважается хорошими людьми. Они смотрят на него, как на бесполезную солому.

22. Юность подобна столбу, к которому к своему несчастью прикован огромный бешеный слон самомнения

23. Увы! Юность подобна лесу из сухих и больных деревьев печали и слез, где в переплетённых корнях разума таятся ядовитые змеи заблуждений.

24. Молодость подобна цветку многочисленными лепестками дурных понятий и тычинками страданий, на который прилетают пчелы беспокойств.

25. Юность подобна гнездовью птиц болезней и расстройств, бродящим по берегам реки сердца, и чьи два крыла — хорошие и дурные действия.

26. Юность подобна морю непочтительности с бессчётными волнами бесполезных пустых глупостей.

27. Безумный ветер молодости, глупый и энергичный, уносит с собой мудрость и положительные качества любого.

28. Лицо юности бледно и покрыто тысячами воспалённых прыщей, которые невозможно вывести.

29. Молодость расцветает в играх безнравственных удовольствий, она пробуждает злой рой пчёл ошибок и иссушает гирлянды цветов благородных качеств.

30. Пчела разума стремится к обманчивому лотосу этого тела, и он ловит её, закрываясь при свете луны юности.

31. Прекрасный плющ молодости обвивается вокруг тела и привлекает к себе пчелу разума, безумство которой от этого только возрастает.

32. Стремясь к миражам желаний, возникающим в горячей гористой пустыне тела, олень юности падает в опасную пропасть.

33. Юность — ночной свет для тела, юность делает спокойный разум безумным львом, юность подобна волне на поверхности океана жизни. Я не люблю юность.

34. Весна юности цветёт в лесу тела всего несколько дней. На неё невозможно полагаться.

35. Птица молодости быстро улетает от тела, дав насладиться ею только мгновение, как драгоценный философский камень исчезает с ладони.

36. В самом расцвете молодости, в танцах лихорадочных желаний, она лишь приближает свой конец.

37. Появляющиеся в ночи ужасные демоны любви и ненависти непобедимы, пока не пройдёт эта ночь юности.

38. Молодость вызывает такую печаль, как печаль отца по своему умершему сыну, будучи столь несчастной в таких многочисленных разнообразных страданиях.

39. Тот, кто глубоко заблуждаясь, восхищается мимолётной вероломной юностью, воистину, зверь в человеческом обличье.

40. Тот, кто по глупости очарован юностью с её похотливыми помыслами, скоро лишается разума и горит в огне страданий.

41. О садху, тем великим людям на земле, кто легко и счастливо пересёк бурлящую реку молодости, воистину стоит поклоняться.

42. Легче переплыть океан, в котором кишат акулы, чем убийственную молодость с её огромными волнами глупости.

43. В этом мире, где рождение столь трудно достижимо, почти невозможно найти юношу с хорошими манерами, уважающего лучших из людей, доброго и украшенного хорошими качествами. Такой юноша — прекрасная редкая птица в лесу этого мира.

Этим заканчивается сарга двадцатая «Отвращение к юности» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 21. Нелюбовь к женщинам.

1. Рама продолжил:

В чем красота женщины? Это просто мясо на подвижном скелете из костей, суставов и жил.

2. Кожа, мясо, кровь, слезы и вода — посмотри на это по отдельности и скажи, где красота всего этого вместе? Только глупец будет этим восхищаться.

3. Вот волосы, вот кровь, — таково это отвратительное тело. Мудрые порицают стремление к нему.

4. Эти тела, одетые в прекрасные платья и залитые духами, — увы! будут съедены зверями и червями, пожирателями всех тел.

5. Прекрасные женские груди в ожерельях из жемчуга подобны двум блистающим горам Меру, омываемых водой Ганга.

6. И вот эта женская грудь в своё время будет сожрана собаками на шмашане, как большой кусок мяса.

7. Таково тело прекрасной женщины — кости и мясо, политые кровью, подобное слону в лесу — какой глупец будет желать этого?

8. Я думаю, О муни, что преходящая красота и очаровательность женщин нереальна, а только причина заблуждений.

9. Чем девушка отличается от вина, дающего только пьяное счастье и хмельное сумасшествие?

10. Женщины подобны столбу, к которому привязывают слона, О муни, и мужчины, привязанные к ним, не могут достичь пробуждения, даже подгоняемые острыми крючьями здравых мыслей.

11. С крашеными волосами, с искрами глаз и горячими касаниями, женщины подобны огню, сжигающему мужчин, подобно сухой траве.

12. Воистину, женщины обжигают на расстоянии, издали они кажутся желанными, а вблизи — бесполезны. Они подобны адским огням, пламя которых одновременно прекрасно и ужасно.

13. С развевающимися локонами волос, с чудными звёздами глаз, её лицо напоминает полную луну с многочисленными цветами улыбок.

14. Женщина — это долгая тёмная ночь, полностью смущающая разум и интеллект и играючи разрушающая мужскую силу.

15. Женщина украшена огромными соцветиями грудей, блестящими чёрными пчёлками игривых глазок и бутонами сладких чудных пальчиков.

16. Она подобна ядовитому плющу с жёлтыми тычинками цветов, от которого сначала возникает опьянение, а затем следует смерть.

17. Как охотник на змей вызывает змею из её норы своим дыханием, так женщины возбуждают и укрощают мужчин.

18. Охотник по имени Желание раскинул сети с приманкой—женщинами для ловли простодушных и легковерных птиц — мужчин.

19. Женщина привязывает цепями удовольствий могучего слона разума. И он, несчастный, остаётся связанным навсегда, теряя свою разумность, О муни!

20. Мы — рыбы в пруду рождений, сидящие в тине желаний, и женщины — крючки с наживкой для мужчин с дурными мыслями.

21. Ясноглазая девушка привязывает мужчину, подобно столбу для слона, как заклятие привязывает змею, или как хлев становится тюрьмой для свиньи.

22. Мир, со всеми его удовольствиями и изумительными вкусами, поддерживается стремлением мужчины к женщине, О муни!

23. Все её украшения — драгоценные камни ошибок и несчастий, и она привязывает цепями несчастий, — достаточно с меня таких развлечений!

24. К чему мне эти груди, глаза и брови, попки — если по своей сути это все бессмысленная гора мяса?

25. Понемногу кровь и плоть сходят с её костей, О брамин, и женщина скоро рассыпается на части.

26. О муни! Те прекрасные женщины, которыми восхищались глупцы, теперь крепко спят в местах сожжения, и их руки и ноги отваливаются от тел.

27. Лицо женщины, недавно с любовью украшаемое её любимым, О брамин, теперь иссыхает в лесу.

28. Пройдёт некоторое время — и её волосы уже запутались где–то в деревьях вокруг шмашана, и свисают, как хвосты быков, а белые кости разбросаны вокруг, блестящие подобно звёздам.

29. Её кровь впитывается пылью, дыхание сливается с пустотой, черви и звери поедают её мясо, кожу разрывают шакалы.

30. Я описал, что случается скоро с телом привлекательной женщины, но почему же мы по–прежнему обманываемся и стремимся к этому?

31. То, что называется «женщиной» — это всего лишь комбинация из пяти элементов, как мудрые могут желать этого?

32. Волнующие мысли, следуя за женщиной, растут, как многочисленные ветви в глуши, и приносят вонючие, кислые плоды.

33. Поддавшись заблуждению, ослепленный туманом желания, разум не знает, куда идти, подобно оленю, отбившемуся от стада.

34. Влюбленный юноша преследует девушку, и скоро погружается в страдания, подобно слону, преследующему слониху в горах Виндхья, и упавшему в яму охотника.

35. Имеющий жену человек хочет и других наслаждений. У не имеющего жены — нет причин для поиска удовольствий. Отказавшись от страсти к женщине, отказываешься от объектов мира, отказавшись от объектов мира, становишься счастливым.

36. Не для меня эти пустые наслаждения и жалкие удовольствия, хрупкие, как крылья пчелы, О брамин! Опасаясь смерти, старости и болезней, я стремлюсь к высшему спокойствию, и, с трудом, но я достигну его.

Этим заканчивается сарга двадцать первая «Нелюбовь к женщинам» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 22. Отвратительная старость.

1. Рама продолжил:

Не успевает закончиться детство, как наступает юность, а потом её пожирает старость — как жестоки они друг к другу!

2. Старость уничтожает тело, как мороз убивает цветок лотоса, как ветер разгоняет осенние облака и как река выворачивает с корнем дерево на её берегу.

3. Старость растекается по телу подобно яду, заставляя дрожать руки и ноги, вызывая разные болезни, дряхлость и слабоумие.

4. К мужчине, сморщенному старостью, с трясущимися руками и ногами, все женщины относятся как к отвратительному умирающему животному.

5. Старик, бесполезный и бессильный, покинутый разумом, противен любому человеку, даже своей жене.

6. Слуги, дети, женщины и даже друзья насмехаются над трясущимся стариком, как над безумным.

7. Желания старика не угасли, и он, ужасный на вид, дряхлый и несчастный, забытый героизмом и хорошими качествами, продолжает вожделяться издалека, подобно стервятнику на дереве.

8. Единственная подруга старика, похоть, приносящая только страдания и несчастья, продолжает расти в его сердце, сжигая его.

9. «О, что мне делать, впереди только ужасные несчастья, и скоро придётся за все ответить!» — страхи старика только увеличиваются.

10. «Кто я, несчастный, что мне делать и как?» — в молчании он ждёт ответа, и его страдания увеличиваются.

11. В голове старика постоянно крутятся и беспокоят его одни и те же мыслишки: когда и что принесут покушать, и будет ли там что–нибудь сладкое.

12. Его желания продолжают расти, но он не может ими насладиться. Они сжигают сердце старика, лишая его сил.

13. Он подобен старой тощей цапле, сидящей на вершине дерева тела, — она кричит в агонии, мучимая змеями разных напастей,

14. Пока не найдёт его неожиданно появляющийся филин смерти, любящий густую непроглядную тьму, О мудрый!

15. Как за вечерними сумерками следует тьма ночи, так за старостью тела следует его смерть.

16. Видя издалека дерево тела, покрытое цветами старости, обезьяна смерти спешит к нему со всех ног, О муни!

17. Могут казаться прекрасными и пустой город, и погибшее дерево, и даже безводная пустыня! Но нет ничего хорошего в старом иссохшем теле.

18. Как ястреб быстро глотает свою добычу, так старость, несущая кашель и хрипы, быстро пожирает человека.

19. Как девушка, увидя цветок лотоса, спешит сорвать его, так старость безжалостно срывает тело.

20. Как быстрый ветер со свистом срывает листья с дерева, так старость иссушает измученное тело и покрывает его пылью.

21. Как увядает и умирает цветок лотоса под выпавшим снегом, так разрушается тело под грузом старости.

22. Старость — это луна, светящаяся раздражением, и остатки волос — белые лотосы, колышущиеся от ветров старческих кашлей и хрипов.

23. Бог смерти Время, который есть сам Ишвара, проверяет на зрелость голову старика, — и в конце концов, посолив её солью седины, съедает, как тыкву.

24. Старость подобна реке Ганге, размывающей берег, вырывающей с корнями дерево этого тела и уносящей его в потоке.

25. Старость подобна голодному коту, внимательно караулящему мышку юности. Он успокаивается, только сожрав её.

26. Что в этом мире может быть противнее визга и воя шакала старости в лесу этого тела?

27. Сжигая тело, огонь старости горит, шипя, кашляя и чихая и испуская чёрные клубы дыма страданий.

28. Человеческое тело подобно отцвётшему плющу, О отец, искривлённому от старости, с белыми сухими побегами рук.

29. О муни, тело — камфарное дерево, и старость — белизна камфары. Огромный слон смерти без труда вырывает из земли это дерево.

30. Старость подобна слуге с белым опахалом немощи, колышущимся между болезнью и облегчением, шагающему впереди своего господина — Смерти, О муни!

31. Даже те, кого не смогли победить другие враги, и те, кто прячется на недоступных вершинах в горах, — даже до них добираются демоны старческого маразма, О муни.

32. В холоде старости, в разрушенном доме тела, органы чувств уже не могут двигаться, как замёрзшие дети.

33. Старушка Дряхлость танцует с клюкой вместо третьей ноги, под ритм хриплого кашля ковыляя и хромая то туда, то сюда.

34. Старость бродит по всему миру с пучком волос с благовониями на седой голове, похожим на опахало на палке тела.

35. О мудрый, когда над городом этого тела восходит прохладная луна старости, мгновенно расцветает цветок белого лотоса смерти.

36. В покоях тела, побелённых старостью, счастливо и дружно живут вместе слабоумие, бессилие, болезни и прочие несчастья.

37. За старостью следует смерть и небытие, это удел любого, — зная это, в чём может найти утешение глупец, подобный мне, О муни?

38. Что хорошего в этой жизни, отец, которую трудно обрести и трудно прожить? Она приводит к старости, против которой невозможно устоять и которой невозможно избежать.

Этим заканчивается сарга двадцать вторая «Отвратительная старость» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 23. Превратности времени.

1. Рама продолжил:

Со всеми прекрасными фантазиями и бесполезными разговорами, с многочисленными понятиями глупого разума, мы потеряны в пещере сансары.

2. Как мудрые могут жить и наслаждаться в этой клетке из рёбер? Мы здесь подобны ребёнку, который пускает слюни, желая съесть фрукты, отражённые в зеркале.

3. Как крыса грызёт верёвку, так время уничтожает нежные ростки надежды, счастья и хорошего настроения.

4. Нет ничего такого в этом мире, что не подвластно аппетиту жадного времени, оно подобно легендарному огню, спалившему воды океана.

5. Всё равно перед великим и ужасным божеством времени, и все будет им в своё время проглочено.

6. Великое Время пожирает всё, и от него не могут спастись ни величайшие люди, ни даже боги. Будучи сущностью всего, оно постоянно всё поглощает.

7. Время обитает повсюду, и его сущность неделима и скрыта, для нас оно проявляется только в своём движении как год, возраст, эпоха.

8. Всё прекрасное, чистое и великое, и даже сама гора Меру — всё разрушается Временем так же легко, как король птиц Гаруда глотает змей.

9. Нет того, кого бы не сожрало в конце концов беспощадное, непреклонное, жестокое, жадное и ненасытное Время.

10. Время поглощает горы и воистину бесконечные потоки вселенных, и даже это его не может удовлетворить.

11. Время подобно актёру на сцене сансары — танцор, принимающий разные роли, где он разрушает, вновь создаёт, поглощает и низвергает.

12. Время достаёт из несуществования семена различных существ, отделяя их от мира, подобно тому как попугай ковыряется в семенах гранатового плода.

13. Бивнями противоположностей — хорошего и плохого — слон времени ломает и топчет лотосы людей и разнообразных существ.

14. Эта вселенная — творение Брахмы, этот мир — его огромный божественный плод, а Время обвивает все это дерево Брахмы.

15. Время растёт неустанным плющом, который невозможно срубить, с побегами лет и эпох, с бесчисленными белыми цветами дней и чёрными пчёлами ночей.

16. Время подобно неуловимому философскому камню, О муни! — рубя, его невозможно разрубить, сжигая, его невозможно спалить, и, видя, его невозможно увидеть!

17. Во мгновение ока оно создаёт огромные воображаемые миры, и в следующее мгновение разрушает их.

18. Время наслаждается страданиями, творит их и питается ими, то рождая людей из единого праха, то опять возвращая их в прах.

19. Время, наслаждаясь, вбирает в себя все — от травы, листа и пылинки, до великого Индры, короля рая и величайшей горы Меру.

20. В нём видна только жадность и похоть, и оно полно разнообразных неодолимых сменяющих друг друга тяжёлых страданий.

21. Как мальчишка во дворе, Время играет, подбрасывая в небо два мяча — солнца и луны.

22. Во время разрушения вселенной, Время танцует танец смерти, в свисающем до самых пят ожерелье из черепов и костей всех существ.

23. От его бурного танца тогда разлетаются по воздуху обломки горы Меру, как ветер срывает и несёт куски бересты.

24. Время, и никто иной, становится Рудрой–разрушителем, Индрой — королём рая, Брахмой — прародителем всего создания, и могучим Куберой — богом богатства.

25. Непрерывно, день и ночь, Время бросает в вечный жертвенный огонь себя эти прекрасные творения, бесчисленные, как бесконечные волны моря.

26. С деревьев веков и времён оно собирает, как зрелые плоды, богов и демонов, чтобы приготовить себе ужин.

27. Время подобно огромной смоковнице, на которой зреют плоды вселенных, вокруг которых во множестве гудят мошки разных живых существ.

28. Время раскрывает лотос чистого существования лунным светом сознания и развлекается со своими возлюбленными — телом и действием.

29. Основа Времени — безграничный абсолютный Брахман, который поддерживает и проявляет его, подобно тому, как земля поддерживает и порождает самую высокую гору.

30. Время всегда остаётся собой, иногда оно чернее ночи, иногда ярче яркого, иногда ни то, и ни другое.

31. Как земля держит на себе холмы и горы и связывает все существующее на ней, так Время поддерживает самим собой бесчисленные вселенные.

32. Время не оскорбить и не разжалобить, оно не приходит и не уходит, не всходит и не заходит, даже после сотен творений и эпох!

33. Без усилий и вовлеченности эго, самой своей сущностью, играючи, оно создаёт и поддерживает этот непостоянный мир.

34. Время — пруд со множеством красных лотосов дней с пчёлами облаков, и чёрным грязным дном ночей.

35. Время подобно скупцу, с чёрной метёлкой старости и ночи, собирающему рассыпанные блестящие крупинки вокруг горки золотого песка,

36. Подправив фитиль лампы солнца своими пальцами, Время ищет существ во всех углах комнаты этой вселенной, бормоча — «где же, где же они?».

37. Глазом солнца, мгновениями дней, Время смотрит, когда созреют плоды божественных охранников этого мира в этом древнем саду творения, чтобы забрать и съесть их.

38. В старой хижине этого творения, Время прячет драгоценные камни прекрасных миров в своей шкатулке смерти.

39. Время то украшает себя чудесными камнями миров, то внезапно срывает их с себя и бросает на землю.

40. За белыми лебедями дней следуют чёрные лотосы ночей с дрожащими недолговечными тычинками звёзд.

41. Время подобно охотнику на козла творения — с его лохматой шкурой морских волн и рогами гор. Каждый день Время пьёт его кровь, разбрызгивая капли звёзд.

42. Для лотоса юности Время — лунный свет; для слона жизни — лев. В этом мире нет ничего низкого или высокого, что было бы ему неподвластно.

43. Время наслаждается собой, играя эпохами, украшая людей несчастьями и показывая нереальное как настоящее.

44. Время кажется деятелем и наслаждающимся, а затем — хранителем и разрушителем, меняя друг за другом роли.

45. Оставаясь невовлечённым, Время играет, как мальчишка среди взрослых, примеряя прекрасные и ужасные формы, создавая и поддерживая разные тела.

Этим заканчивается сарга двадцать третья «Превратности времени» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 24. Проявления времени.

1. Рама продолжил:

Принц Время неустанно развлекается в сансаре, находя удовольствие в опасных приключениях.

2. Время — охотник в огромном лесу мира, разбрасывающий сети старости для множества несчастных заблуждающихся живых существ — оленей этого леса.

3. Великий океан эпох — уединённый пруд для развлечений для времени, где огромные подводные огни окончательного разрушения подобны прекрасным ярким лотосам.

4. Как дикарь, Время закусывает вонючими несвежими мирами и запивает их кислым молоком изначального Океана молока.

5. Его супруга Чанди в компании со своей свитой всесильных энергий, охотится с ним в лесу сансары, убивая, подобно тигрице, множество разных существ.

6. В руке Времени, земля — чаша, украшенная прекрасным орнаментом из нежных лотосов и лилий, и содержимое бокала — вино для его удовольствия.

7. Даже ужасный Нарасимха с его огромной гривой и страшным рычанием, накрытый ладонью Времени, становится маленькой ручной птичкой.

8. Увы, Великое Время подобно игривой молодой кукушке, блистающей в ясных осенних небесах, и чей голос подобен сладкой флейте.

9. Несуществование, могучий лук Времени, непрерывно рассылает повсюду потоки стрел разрушения, подобные непрекращающемуся ливню.

10. Даже лучшие из учёных сбиты с толку могущественным Временем! Время предстаёт в образе обезьяны перерождений, бессмысленно блуждающей от рождения к рождению в стареющем лесу этого разваливающегося мира.

Этим заканчивается сарга двадцать четвёртая «Проявления времени» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 25. Развлечения смерти.

1. Рама сказал:

Время, называемое ещё судьбой — самый обманчивый противник в этом мире, оно создаёт, и оно же разрушает.

2. Судьба видна только по своим последствиями, и никак иначе, — невозможно увидеть ни её работу, ни её цели.

3. Судьба разделяет и разрушает всех существ, как солнце своим теплом растапливает сугробы снега.

4. Все видимое в этом мире разнообразных удовольствий — это сцена для танца Судьбы.

5. Третий аспект Времени — это Кританта, окончание действия, смерть, сеющая ужас. Кританта со своими украшениями из черепов танцует в мире свой безумный танец.

6. Кританта подобен танцору, выступающему в паре со своей неразлучной любимой подругой Нияти, природным законом.

7. Тройная священная нить из божественной змеи Шеши, лунного луча и стремительного потока Ганги обвивает его грудь сансары.

8. Украшения Кританты — золотые браслеты Солнца и Луны на руках и ногах, и в своей руке, О брамин, он держит прекрасный лотос, сердцевина которого — наша вселенная.

9. Его одеяния — небеса, украшенные многочисленными блёстками звёзд и вершинами гор Пушкара и Аварта, омытыми в белизне океана молока.

10. Его неразлучная возлюбленная супруга Нияти, природный закон, танцует перед ним бесконечный, быстро меняющийся танец.

11. В вибрациях её чарующего страстного танца в пещере этого мира рождаются и пропадают его непостоянные формы

12. Миры богов украшают её тело прекрасными гирляндами, и её волосы то взлетают в танце к небесам, то падают в самые нижние регионы мира.

13. Её ноги упираются в ады Паталы, и адские огни — браслеты на её щиколотках, блистающие и звенящие всеми звуками ада, нанизанные на нити наших гнусных деяний.

14. Она украшена узорами записей всех человеческих деяний, как сам Читрагупта, секретарь бога смерти Ямы.

15. Увы! В день разрушения вселенной, под руководством своего мужа Времени, она танцует свой ужасный танец смерти, сотрясая горы и облака.

16. Позади неё танцуют павлины бога Кумары, и, с тремя широко открытыми глазами, испуская ужасные крики,

17. Танцует многоглавый разрушительный Хара, потряхивая своими сияющими взлохмаченными волосами с вплетённым полумесяцем, как гора Мандара, овеваемая взмахами опахал.

18. Он прыгает, как гора, в виде ужасного Бхайравы, с животом, подобным барабану, украшенный черепами и с сотней глаз, как у Индры.

19. Тощие и иссохшие тела, ужасные даже сами для себя, с дубинами, украшенными черепами, наполняют небо и разрушают все вокруг.

20. Такова его форма Вишварупы, с гирляндой черепов разных существ, подобных цветам, в последнем танце разрушения этой вселенной.

21. В его танце разрушения вселенной с ужасным звуком сталкиваются облака Пушкара и Аварта, и от этого звука спешат укрыться и люди, и боги.

22. В танце Кританты мелькает лунный диск его серьги, и звезды на прекрасном небе качаются как павлиньи перья у него на голове.

23. В одном ухе у него — костяное украшение из блестящей золотой горы Гималаев, в другом — великая гора Меру.

24. Его серьги — солнце и луна, освещающие полукружья щёк, и его пояс — хребты гор Лока—Лока.

25. Его танец приводит в движение ветра, его браслеты сверкают молниями, и концы его одежд взлетают, как облака.

26. Кританта вооружён дубинами, копьями, дротиками, острыми мечами и множеством оружий для разрушения мира.

27. В его руке качаются длинные цепи наслаждений, привязывающие к сансаре, и вокруг его шеи обвилась бесконечная змея Шеша, как ожерелье с нанизанными на него удовольствиями.

28. Его руки украшают браслеты семи океанов, с узорами из чудесных разных морских животных и блистающих драгоценных камней.

29. Густые волосы на его животе — сплетение привычек и обязанностей, удовольствий и страданий, полных раджаса и тёмных от тамаса.

30. Когда танец разрушения заканчивается, заканчивается эпоха, пока не начнётся новый танец создания вместе с великим Ишварой.

31. В новом игривом танце опять появляется создание со всеми его разнообразными формами, украшенное старостью, болезнями и страданиями.

32. Так снова и снова Время создаёт бесчисленные создания, с множеством людей и разными их обычаями, с заведёнными и случайными действиями, как мальчишка, развлекаясь, лепит из глины свои игрушки.

Этим заканчивается сарга двадцать пятая «Развлечения смерти» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 26. Происки судьбы.

1. Рама продолжил:

В этом круговороте Времени в этой вселенной, называемом сансарой, О великий, на что мы можем надеяться?

2. О муни, мы подобны рабам судьбы и времени, как заблудившиеся олени в этом лесу из пяти элементов.

3. Время беспощадно глотает недостойных этого мира и постоянно бросает миры и их обитателей в море проблем.

4. Ужасное божество Времени раздувает внутренний огонь несбыточных ожиданий и сжигает весь мир в огромном пламени пожара.

5. Время поддерживает свою любимую спутницу Судьбу, по–женски непостоянную и по–детски беспомощную.

6. Время, Кританта, непрерывно заглатывает живые существа, как змея воздух, и жестоко и неумолимо заставляет тело стареть.

7. Воистину, Смерть — самый жестокий император, не имеющий к нам жалости. Почти невозможно встретить в ком–нибудь сострадание ко всем существам.

8. Все существа в этом мире, О муни, желают наслаждений, но их силы и способности ограничены и это ведёт только к страданиям и бесконечным мучениям.

9. Жизнь изменчива, смерть — тяжела и одинока, юность бесцельна и неопределённа, детство отдано глупости.

10. Все существа в этом мире греховны, все отношения — связующи, все наслаждения — страшные болезни, желание счастья — это только иллюзия.

11. Наши органы чувств — враги нам, принимая нереальное за реальное, наша сущность отделена от себя и разум обманывает сам себя!

12. Эгоизм загрязняет, разум слаб, действия приводят к неприятностям, и удовольствия основаны на влечении к женщине.

13. Стремления к наслаждениям скрывают собой чудо существования; женщины символ греха, они меня не влекут.

14. Существующее принимается за несущественное разумом, отданным эгоизму, реальное скрывается нереальным и внутренняя Сущность теряется.

15. О садху, в своём смятении разум всегда горит в огне болезни желаний, и не может достичь бесстрастия.

16. Видение, ограниченное раджасом, погружается в тамас и нигде не может найти саттву, и мы бесконечно далеки от Истины.

17. Постоянное кажется непостоянным, смерть с каждым мгновением становится все ближе, основы колеблются и мы всегда желаем нереальное.

18. Разум разлагается от лени, и забывает высшее единство, старость разгорается в теле, разбрасывая искры отвратительных поступков.

19. Молодость проходит вдали от компании мудрых, путь неизвестен и не видно самой Истины.

20. Разум заблуждается в своих концепциях, радость отворачивается от него; нигде нет сочувствия и жалости, из–за чего появляется жестокость.

21. Твёрдость становится слабостью, за взлётом следует падение. Плохую компанию легко найти, хорошую — почти невозможно.

22. Состояния приходят и уходят, привязывая к жизни. Непонятно, куда Время ведёт все человечество?

23. На что могут надеяться такие, как я, если направлений не видно, все места перепутались и даже горы стираются в порошок?

24. На что могут надеяться подобные мне, когда даже небеса проглатываются бесконечностью, существование пропадает, и даже земля разрушается?

25. На что может надеяться человек, подобный мне, если даже океаны пересыхают, звезды гаснут, и великие Сиддхи умирают?

26. Время побеждает даже могучих демонов, делает вечное преходящим, убивает даже бессмертных, — есть ли тут надежда для таких, как я?

27. Время не щадит даже самого Индру, короля богов, и побеждает Яму, короля смерти, и даже сам Ваю, ветер, останавливает своё движение — на что могут надеяться простые люди?

28. На что могут надеяться такие, как я, когда пропадает луна, солнце раскалывается на куски, и огонь замерзает?

29. Сам великий владыка, нерождённый Хари, теряет величие, и существование перестаёт существовать — на что тут могут надеяться простые люди?

30. Существование самого времени ограничено, судьба ведома, пространство сворачиваемо, — на что могут надеяться простые люди?

31. Что это за реальность, способная обмануть любого? Никто не знает её форму, её сущность не доступна ни слуху, ни словам, ни глазам.

32. Оно обитает во всем, как мельчайшая капля эгоизма, и нет никого во всех трёх мирах, кто не был бы этим связан.

33. По его велению Солнце катится над землёй со всеми горами и лесами, послушное, как галька, несомая сильным течением.

34. Для него вся земля со всеми её толпами богов и демонов, окружённая звёздными небесами, — всего лишь орех со своей скорлупой.

35. Боги в небесах, люди на своей земле и змеи в нижних мирах — все стареет и уничтожается всего лишь его воображением.

36. Сила Камы, бога любви и удовольствий, покорившего всех в мире, получена им в столкновении с Шивой, Властелином всех миров, только по его милости.

37. Как слон весной возбуждается, омываемый дождями цветов, наполняющих всё своими ароматами, так разум возбуждается от желания.

38. И даже самые различающие мудрецы не могут удержать разум в спокойствии, глядя на прекрасных девушек с игривыми взглядами.

39. Я считаю счастливым только того мудреца, кто утвердился в прохладе собственной сущности, и действует ради других, легко перенося жар страдания.

40. В огромном океане жизни, существа — бесчисленные волны, поднятые могучим подводным огнём Времени.

41. По незнанию, все люди попадают в ужасную ловушку дурных желаний в лесах этого мира, подобно антилопам, запутавшимся в колючих кустах.

42. Действуя без понятия, мы напрасно проводим в этом мире жизнь за жизнью. Лиана времени оплела небесное дерево, и плоды этой лианы неизвестны даже мудрейшим из мудрых.

43. «Мы празднуем сегодня, и собираемся в процессии, вот родственники, вот удовольствия и угощения», — так радостно думают глупцы, и их слабый неустойчивый разум стремится в этот мир.

Этим заканчивается сарга двадцать шестая «Происки судьбы» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 27. О невозможности достижения блаженства в мире.

1. Рама сказал:

Отец, ничто в этом мире, будь то приятным или неприятным, не предназначено для удовлетворения разума, и он не может найти себе ни в чем успокоения.

2. Детство проходит, потом в юности разум играет в любовные игры, как олень среди опасных ловушек, затем тело стареет, и вместе с этим приходят дряхлость и маразм, и так проходит жизнь в этом мире!

3. Старость убивает это тело, как снегопад убивает лотос, и мгновенно оканчивается жизнь человека, как пересыхает вода в пруду сансары.

4. Пока тело живёт, растут желания, растут, принося старость этой гнилой лиане человеческого тела, лишённой молодых побегов.

5. В этом мире течёт бесконечная река стремлений к объектам, перед которой не могут устоять живые существа. На её берегу растёт прекрасное дерево удовлетворённости, и речной поток размывает землю под его корнями.

6. Наши тела — это обтянутые кожей лодки в этом океане существования. Они качаются на волнах, поднятыми пятью органами чувств, и крокодилы желаний утаскивают их на дно.

7. В этом густом лесу, вырастающем из земли удовольствий, заплетённом лианами желаний с сотнями разветвлений, бродит олень разума, бессмысленно теряя время в поисках вкусных плодов.

8. Воистину, велик тот, чьё сердце не волнуется при виде прекрасных женщин, чей разум не гордится от похвал и не страдает от осуждений, но таких людей очень мало.

9. Я не считаю героем того, кто может победить целую армаду боевых слонов, только тот настоящий герой, кто пересёк неспокойный океан своих чувств тела с волнами разума.

10. Никому не известны неизменные результаты действий, и среди глупых надежд и бестолковых действий никто в мире не находит успокоения.

11. Великие — это не те, кто достигает великих славы и известности в этой пещере мира, или кто наполняет свои дома разнообразными богатствами, но те редкие, кто полны непоколебимого спокойствия.

12. Неудачи, везения и мистические силы настигают даже тех, кто прячется за высокими горами или в центре урагана.

13. Сыновья, жены и богатство считаются, О отец, прекрасным нектаром жизни, но они бесполезны и в конце оборачиваются самой ядовитой отравой.

14. Унылого и в дурном настроении старика с иссохшим телом сжигают воспоминания о его отвратительных прошлых делах и мыслях.

15. Он с давних дней стремился только к удовлетворению желаний и накоплению богатств и благих заслуг, и теперь его разум трепещет, подобно качающимся перьям павлина, — разве может он успокоиться?

16. Волну можно погладить, но невозможно удержать в руках, так же, дразня, ускользают и волны результатов действий, поднимаемые судьбой — таков этот мир!

17. Чтобы порадовать жену и семью, человек делает то одно, то другое, и в таких заботах скоро приходит старость, и разум дряхлеет и увядает.

18. Как осенние листья опадают с дерева, также скоро и жизнь приходит к концу без различения истины, и также миры разрушаются в своё время.

19. Человек весь день может заниматься бессмысленными мирскими делами, не делая ничего хорошего, и, возвращаясь после этого домой, как он может спокойно спать ночью?

20. И когда человек побеждает всех своих врагов, окружает себя богатством и роскошью и уже заслужил эти радости, — его настигает смерть.

21. Люди в этом мире очаровываются изменчивыми формами, случайными беспорядочными ощущениями и мимолётными взглядами. Увы, неизвестно преходящее, которое было бы постоянно.

22. Время забирает их всех, дрожащих за свою жалкую жизнь, как жирных овец, предназначенных для жертвенного алтаря, не способных разорвать оковы тела.

23. Люди в этом мире подобны волнам в океане — они также постоянно то появляются, то быстро пропадают неизвестно куда.

24. С красными лепестками губ и быстрыми пчёлками бойких глаз, женщины подобны ядовитым лианам, оплетающим дерево, выпивающим из него жизнь и крадущим сердца.

25. Этот мир подобен случайному сборищу людей, и жены и друзья — тоже случайные попутчики в мирских делах.

26. Как лампы, горящие пока не кончится масло в фитиле, они движутся или не движутся в бесконечных рождениях этой сансары, не интересуясь истиной и её не зная.

27. Этот мир подобен вращающемуся колесу гончара или пузырям в луже под дождём. Только глупцу всё кажется постоянным и устойчивым.

28. Судьба разрушает прекрасные качества любого человека в старости, как цветы лотоса замерзают зимой, и их красота пропадает.

29. Снова и снова Судьба срубает топором деревья этих тел, с их плодами и цветами. Есть ли надежда для того, кто привязан к этому миру?

30. Компания людей похожа на ядовитое дерево — оно красиво, но останавливающийся под ним теряет сознание и цепенеет.

31. Есть ли верная точка зрения? Что не приносит огня страданий? Есть ли люди, которые не умирают? Какие действия не иллюзорны?

32. Наша жизнь — только миг в том, что называют кальпой, и множество кальп — только момент для бога Брахмы. В сети времён понятия о кратком и долгом нереальны.

33. Горы — это только камни, земля — глина, деревья — древесина, тело — мясо, человек — ограниченность, и никогда с самого начала это не меняется!

34. Рассматривая внимательно этот мир с водой и ветрами, дующими в небесах, становится понятно, что различаются только слова, в самом же мире нет никакого различия.

35. Удивительный разум создаёт удивительные миры, и все это подобно сну, О садху, где все существа и объекты кажутся реальными.

36. Даже сейчас проросшая в пространстве разума лиана воображения не приносит плодов хороших результатов, ибо они уничтожаются жадностью, как можно что—нибудь с этим сделать?

37. Желающий достичь высот в этом мире погибает от амбиций собственного разума, как падает вниз с обрыва коза, тянущаяся за плодом на растущей на краю качающейся лиане.

38. Современные люди подобны бесполезным деревьям, которые растут во тьме пещер и потому лишены плодов, листьев и тени.

39. Люди подобны чёрным антилопам, бродящим в лесах и полях, иногда попадая в прекрасные и чудные места, иногда в колючие и жёсткие кусты.

40. Каждый день по природе своей прекрасен и удивителен, но бестолковые действия превращают их в полную бессмыслицу, полную волнений и беспокойств, это ли не удивительно для всех, кроме трупов?

41. Хорошего человека, не связанного желаниями, трудно увидеть даже во сне. Любые действия, и хорошие, и плохие, приносят несчастья. Можно ли пройти по жизни, избежав всего этого?

Этим заканчивается сарга двадцать седьмая «О невозможности достижения блаженства в мире» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 28. О постоянном разрушении всего.

1. Рама продолжил:

В этом видимом мире, О брахмин, нет ничего постоянного ни среди движущегося, ни среди неподвижного. Все мимолётно, как встречи во сне.

2. Океан высыхает и то, что сейчас видится как расщелина в земле, завтра станет горой до небес, О муни.

3. Горы, до самых небес покрытые непроходимыми лесами, становятся через день огромным кратером или долиной.

4. Тело, сейчас одетое в шелка и умащённое благовониями, будет валяться без одежды в дальней канаве, подобно собаке.

5. Где сейчас стоит город и гудит шумная жизнь, скоро будет огромный девственный лес.

6. Пройдёт немного дней, и великий император, правящий огромной страной, станет кучкой золы, О король!

7. Огромные густые мрачные леса, закрывающие собой небо, скоро становятся городом, в небе над которым заколышутся флаги.

8. Заплетённый ужасными лианами и побегами лес через некоторое время снова становится огромной пустыней.

9. Вода высыхает, и сушь опять наполняется водой, — так все в мире превращается в свою противоположность, — и дерево, и вода, и трава, и весь мир.

10. Мимолётны детство и юность, и непостоянно тело, собранное из плоти; их несёт от ощущения к ощущению, подобно нескончаемым волнам.

11. Жизнь в этом мире подобна пламени лампы, колеблющемуся на ветру, и смысл славы во всех трёх мирах подобен вспышке молнии.

12. Одно превращается в другое в этой бесконечной процессии существ, как раз за разом видоизменяются посеянные семена.

13. Многочисленные живые существа подобны царским одеждам, развевающимся на ветру разума и украшенным своими разнообразными действиями взлётов, падений и волнений.

14. Пребывание в этом мире порождено невежеством, оно подобно кружащейся танцовщице, исполняющей танец сансары.

15. Этот танец услаждает разум разными действиями, но иллюзорен, подобно воздушному замку в пустом пространстве, замеченному краем глаза.

16. Снова и снова, О король, эта умелая танцовщица показывает танец сансары, мелькая тут и там подобно молнии.

17. Эти дни и эти великие, их дела и богатства остаются только в памяти, как и мы сами, как только приходит Смерть.

18. Каждый день разрушается и рождается вновь, и нет конца этим жестоким и причиняющим боль изменениям.

19. Люди становятся животными, а животные — людьми, боги падают с небес, — на что здесь можно надеяться?

20. Ожидая конца мира, солнце проводит своё время, и снова и снова создавая день и ночь своим светом.

21. И Брахма, и Вишну, и Рудра, и все живые существа стремятся к смерти, подобно водам, стремящимся во всепоглощающий подводный Огонь.

22. Небеса, земля, ветер, пространство, горы, реки и направления, — все это — сухие дрова для огромного подводного Огня разрушения.

23. Для имеющего власть и богатства, множество родственников, слуг и друзей, — перед ужасным лицом смерти всё теряет свой смысл.

24. Все их наслаждения и приключения в этом мире забываются, как только появляется ужасный демон разрушения.

25. Приходят и уходят власть и богатство, в один момент меняют друг друга здоровье и болезнь.

26. Самообманы, скрывающие истину, появляются каждый миг и пропадают; и где те мудрецы, которые не обманываются этим удивительным непонятным миром?

27. Взгляд, загрязнённый тамасом, одно мгновение видит пустое пространство, а в следующий миг — сверкающее золотом чудное видение.

28. В один момент небеса спокойны и наполнены голубыми лотосами облаков, в другой момент они уже ревут рёвом грома, и в следующую минуту успокаиваются и замолкают, подобно немому.

29. Сейчас они расцвечены звёздами, а сейчас уже ярко светит солнце, и вот уже мир нежится под лучами полной луны, а в следующий момент все погружается во тьму.

30. Со всеми этими временными проявлениями, внезапными появлениями и разрушениями — есть ли такой герой, кто не боится этой сансары?

31. Страдания преходящи, и радости преходящи, рождение и смерть — только на краткий миг. О мудрый, есть ли тут что–нибудь постоянное?

32. Бывший кем–то другим, рождается как тот или иной человек через некоторое время. Форма постоянно меняется, О бхагаван, и нет ничего постоянного.

33. Горшок видится теперь тканью, а ткань — горшком, и все на самом деле не так, как кажется в этой изменяющейся сансаре.

34. Она разворачивается и заставляет случаться события, она ест, создаёт и убивает в нужный момент — и все это случается попеременно друг за другом, непрерывно, как течение дней и ночей.

35. Этот мир постоянно меняется — неизвестный становятся известным, слабый побеждает сильного и один побеждает сотню.

36. Целые поколения скоро пропадают, как в океане волны то утихают, то опять поднимаются.

37. Детство проходит, потом юность с её забавами, и наступает старость — наше тело само все время изменяется, можем ли мы ожидать неизменности внешних объектов?

38. Разум — актёр, постоянно меняющий роли — он то счастлив, то несчастлив, то просто спокоен.

39. Сейчас он забавляется с одним, потом бросает это и занимается другим делом, и бросает и его тоже, — как неразумный ребёнок играет и ломает игрушки одну за другой.

40. Как день сменяется ночью, так постоянно по порядку человек появляется, изменяется, уничтожается, сотворяется.

41. Ни страдания и ни удовольствия и никакие ощущения, ни появления и разрушения не постоянны для человека.

42. Неуловимое время играет со всеми живыми существами в жестокую игру, где счастье внезапно проходит, оставляя всем печали.

43. На этом огромном дереве сансары живые существа всех трёх миров подобны бесчисленным разнообразным плодам, которые созревают и падают на ветру бесконечным урожаем.

Этим заканчивается сарга двадцать восьмая «О постоянном разрушении всего» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 29. О непостоянстве всего.

1. Рама продолжил:

Понимание пожара заблуждений в моем разуме уничтожило желания чувственных наслаждений, подобных воде в мираже.

2. День ото дня пребывание в сансаре становится для меня все горше, подобно горькому вкусу созревшего плода нима.

3. В разуме людей, О король, день ото дня все больше грубости и низменности, чистота уходит, и разум обретает вкус кислых плодов каранджа.

4. С моралью и законами считаются все меньше, они незаметно пропадают изо дня в день, подобно горошинам, выпадающим из раскрывающихся высохших стручков.

5. Мысли о королевствах и удовольствиях — для тех, чей разум этого страстно желает, О великий муни, но лучше, избавившись от беспокойств, заняться только добродетелью.

6. Я не желаю наслаждаться прекрасными садами, я не хочу развлекаться с женщинами, богатство не доставляет мне радости, я остаюсь в мире с самим собой.

7. О отец, мир недолговечен и не приносит счастья, желания неодолимы, а разум непоседлив, как можно прекратить это?

8. Я не стремлюсь к смерти, и я не стремлюсь к жизни, я просто остаюсь свободным от лихорадки желаний.

9. К чему мне королевство, к чему удовольствия и богатство? Эти желания возникают только из–за эгоизма, но я от него отказался.

10. Наше рождение связывает нас подобно верёвке из кожи крепкими узлами органов чувств. Тех, кто стремится к освобождению, я считаю лучшими из людей.

11. Разум возбуждается мирской красотой женщин и богом любви, подобно тому, как тяжёлые слоны топчут ногами нежные лотосы.

12. Если я сейчас, когда мой разум чист, не смогу излечиться, О великий муни, когда ещё я смогу вылечить свой разум?

13. Чувственные страдания отравляют сильнее яда, — яд только единожды убивает тело, а возбуждённые чувства приводят к многим перерождениям.

14. Ни удовольствия, ни страдания, ни друзья и ни родственники, ни рождения и ни смерть — ничто не связывает разум мудрого, познавшего Себя.

15. О мудрый, лучший из знающих прошлое и будущее, я молю тебя научить меня, чтобы я навсегда освободился от беспокойств, страха и душевных страданий.

16. Ужасный лес невежества, со вздымающимися скалами и крутыми обрывами, заросший колючими кустами страданий, полон ловушек ограничений разума.

17. Я с трудом выношу, О муни, убивающие чувственные ощущения в этой сансаре, подобные острым зубьям пилы.

18. Мирские заблуждения, что «это есть, а этого нет» тревожат и заставляют дрожать разум человека подобно ветру, гоняющему клубы пыли.

19. Нить желаний связывает все живые существа, подобно жемчужинам в ожерелье, и разум среди них — самое главное украшение, сияющее отражением безграничного чистейшего Сознания.

20. Пойманный страданиями сансары, я срываю с себя это разукрашенное ожерелье преходящих желаний, как лев легко разрывает поймавшие его сети.

21. В туманном лесу сердца, разум пребывает во тьме непонимания. О лучший из знающих Истину, разгони эту тьму лампой истинного знания!

22. Нет таких страданий, О великий, что не пропадают в компании мудрых разумом, подобных лунным лучам для тьмы ночи.

23. Жизнь похожа на хрупкий цветок лотоса, дрожащий на ветру среди ужасных молний удовольствий, сверкающих среди туч, и потоков развлечений юности, не способной задуматься. Но теперь я твердо настроен скоро успокоить свой разум.

Этим заканчивается сарга двадцать девятая «О непостоянстве всего» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 30. Заключение речи.

1. Рама сказал:

Видя мир попавшим в ловушку сотен глупых страданий и проблем, я погружаюсь в болото печали.

2. Мой разум запутался в проблеме, мои руки и ноги дрожат, подобно листья на засыхающем дереве.

3. Мой разум, не достигший окончательного успокоения и твёрдости, колеблется и сомневается, подобно испуганной невесте в новом пустом доме.

4. Разум и интеллект запутались в собственных заключениях и противоположных понятиях, подобно оленю, обманутому замаскированной ямой–ловушкой.

5. Как слепой спотыкается и падает в колодец, так отсутствие различения ведёт к страданиям и не даёт увидеть Истину.

6. Беспокойства не успокаиваются и никогда не удовлетворяются полученным, подобно беспокойной молодой жене, запертой дома мужем.

7. Я отказался от многих старых привычек и деяний, но что–то держит меня. Я подобен плющу поздней осенью, который засох, но ещё крепок.

8. Я отбросил все мирские интересы, но не твёрд в этом. Моё состояние непостоянно, я то хватаюсь за что–то, то оставляю это.

9. Мой разум не может успокоиться и отличить кажущееся от настоящего, подобно тому, как в темноте можно принять сухое дерево за человека.

10. Непостоянный разум стремится к наслаждениям в мире и не может отказаться от своих заблуждений, как боги не могут расстаться со своими небесными колесницами.

11. Скажи, О садху, что это за состояние, в котором нет никаких страданий, где нет обманов, беспокойств и боли?

12. Как великие, подобные Джанаке и другим, достигли высочайшего состояния, оставаясь вовлечёнными во все необходимые действия?

13. Как, О мудрейший, человек может оставаться чистым в этой липкой грязи сансары, окружающей нас со всех сторон?

14. Что это за точка зрения, которая позволяет быть благородным и свободным от прегрешений? Как становятся освобождёнными в этой жизни, полными мудрости, подобно океану?

15. Объекты для органов чувств подобны ужасным змеям и вызывают страхи. Как можно освободиться от их изменчивых форм?

16. Как река понимания, которую взбаламутил слон заблуждений, снова станет прекрасной и чистой?

17. Как человек, все ещё живущий в сансаре, может освободиться от её оков? Как не намокает лист лотоса, растущего в воде?

18. Как можно очистить разум от вожделений и познать высшее, где всё видишь как самого себя, будь это даже былинка?

19. Следуя какому великому мудрецу, пересёкшему этот огромный океан, мы тоже можем достичь свободы от страданий?

20. Что называют благом? И что — плодом? Что следует делать в этой сансаре? Чего делать не следует?

21. Научи меня Истине, О мудрый, которая прояснит для меня причины и следствия в этом неустойчивом мире.

22. Научи меня, как очистить луну моего разума от загрязняющей его нечистоты невежества, О брамин, чтобы он засиял в небесах сердца.

23. К чему следует стремиться и что следует оставить? Что позволит моему беспокойному разуму стать устойчивым и спокойным, как гора?

24. С помощью какой очистительной мантры пропадает без следа эта напасть ужасной сансары с её бесчисленными заботами и проблемами?

25. Как мне достичь внутреннего спокойствия, безграничного, как полная луна, и блаженного, как прекрасный цветок?

26. О просветлённые мудрецы, знающие Истину, научите меня, как мне достичь полноты внутреннего блаженства и никогда снова не погрязать в печалях.

27. О великий, знающий себя и постоянно пребывающей в высочайшем блаженном состоянии! Эти бесполезные будоражащие мысли не дают мне успокоиться в высшем состоянии и мучают меня подобно псам, терзающим в лесу едва живое тело.

Этим заканчивается сарга тридцатая «Окончание речи» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 31. Вопросы Рамы.

1. Рама продолжил:

Тело подобно капле воды на качающемся листе дерева, а жизнь в нем — прохладному отблеску лунного месяца, украшающего Шиву.

2. Компания даже хороших людей и друзей подобна сборищу квакающих лягушек в болоте.

3. Гонимые ветрами обусловленностей, огромные тучи заблуждений грохочут и сверкают молниями дурных желаний.

4. Павлин жадности танцует свой безжалостный танец непостоянства, и зловредное дерево кутаджа распускается цветами страданий.

5. Жестокий кот смерти без устали ловит мышей всех живых существ, и никто не знает момент его нападения.

6. Какой есть метод или путь, какие мысли, и где прибежище? Как не заблудиться в этом лесу жизни с неясным будущим?

7. Нет таких прекрасных целей ни на земле, ни в небесах среди богов, к которым не могли бы с лёгкостью направить мудрые.

8. Как в этой ужасной сансаре непроходимая тьма ошибок и заблуждений обретает сладость без примеси безвкусной глупости?

9. От зреющих надежд, как от омовения молоком, возрастает красота, как земля украшается весной чистыми цветами.

10. Каким прекрасным нектаром можно очистить луну разума от грязи желаний на нем, чтобы он стал чистым и сияющим?

11. Кто тот, кто как будто ведёт нас в видимом мире, разрушает видимое и невидимое и как будто заставляет нас действовать на путях в этом лесу сансары?

12. Как болезни привязанностей и отвращений и бесконечные проявления удовольствий могут не затрагивать человека, несомого океаном сансары?

13. Как лучшие из мудрых не обжигаются, находясь в этом огне страданий, подобно ртути, которая не меняется, даже если бросить её в пламя?

14. Ведь невозможно, пребывая в этом мире, обойтись без мирских действий, как упавший в воду не может остаться сухим.

15. Даже хорошие действия не делаются без пристрастий и отвращений, восторгов и несчастий, как нет огня, который горит, не обжигая.

16. Все живое во всех трёх мирах связывается понятиями разума, и это невозможно прекратить, не владея подходящим методом. Объясни мне этот лучший из методов!

17. Научи меня этому удивительному учению, которое позволит мне не страдать, даже будучи вовлечённым в дела мира.

18. Как, почему и чем достигается высочайшее понимание, от которого разум очищается и успокаивается?

19. О мудрый, ты знаешь, как рассеять заблуждение; скажите мне, О садху, как научиться не страдать?

20. О брамин, если такой верный метод не известен, или ты, зная его, не расскажешь его мне,

21. И я не смогу достичь высочайшее спокойствие своими силами, тогда я откажусь от своего «я», от своего чувства эго.

22. Я откажусь от еды и питья, от одежды, от выполнения своих обязанностей, омовений, подаяний пропитания и всего остального.

23. Я откажусь от любых действий, хороших или плохих, у меня не осталось желаний кроме оставления своего тела.

24. Без страха и без чувства «я» и «моё», я останусь неподвижным и молчаливым, подобно нарисованной фигуре.

25. Затем я откажусь и от осознания вдоха и выдоха, и затем оставлю это бесполезное тело.

26. Оно — не я и не моё или кого–то другого. Успокоившись, как потухшая лампа, в которой кончилось масло, оставив всё, я покину этот труп.

27. Валмики сказал:

Сказав это, раскрыв величайшие вопросы своего сердца, прекрасный безгрешный Рама замолчал перед великими мудрецами, как синегорлый павлин, уставший от своих криков.

Этим заканчивается сарга тридцать первая «Вопросы Рамы» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 32. Одобрение небожителей.

1. Валмики сказал:

Когда лотосоокий принц Рама закончил свою речь, прекращающую все заблуждения разума,

2. Все собравшиеся поднялись, с расширенными от восторга глазами, и волосы на их телах встали дыбом, пройдя сквозь одежды, как будто прислушиваясь.

3. Они освободились от обусловленностей, оставив даже бесстрастие, и их на мгновение как бы омыло волнами океана нектара.

4. Слушая слова благословенного Рамы, они наполнились внутренним блаженством и замерли, как нарисованные изображения.

5. Раму слушали Васиштха, Вишвамитра и другие мудрецы, присутствующие главные министры Джаянта и Дришти, изощрённые в политике;

6. Короли, подобные Дашаратхе, жители города и приезжие, принцы, брахманы и изучающие религию;

7. Друзья и слуги, замершие птицы в клетках и игривые антилопы, и лошади, поднявшие головы от кормушек;

8. Каусалья со свитой и другие женщины, сидящие неподвижно на балконах, стараясь не звенеть своими украшениями;

9. Птицы среди плющей в садах и в своих гнёздах, прекратившие взмахи крыльев и свои свисты;

10. Сиддхи и небожители, божественные музыканты гандхарвы и киннары, а также величайшие мудрецы Нарада, Вьяса, Пулаха и другие.

11. И другие боги и божества, магические видьядхары и великие змеи, — все слушали удивительные и полные мудрости слова Рамы.

12. И когда лотосоокий Рама, прекрасная божественная луна в небесах потомков Рагху, замолчал,

13. Восторженный гул голосов всех мудрых и сиддхов наполнил воздух, и с небес посыпались дождём цветы,

14. Множество цветов дерева мандара, где любят отдыхать гудящие пчелы, и которые пьянят людей своими сладкими прекрасными ароматами,

15. Подобных падающим в дуновениях ветра множествам звёзд и прекрасным улыбкам небесных девушек.

16. Цветы напоминали собой обрывки облаков, падающих среди всполохов беззвучных молний, и были подобны сгусткам масла при пахтаньи, слипающимся друг с другом,

17. Прекрасную цветочная метель, рассыпавшиеся жемчужины из ожерелья, гирлянды лунных лучей или волны великого океана из молока.

18. Певучий ветер носил цветы лотоса с многочисленными тычинками, прекрасные цветы кадамбака, посещаемые пчёлами и сладкие чудесные ароматы;

19. Раскрывшиеся соцветия кетаки, падающих многочисленных белых лотосов, жасминов и лилий.

20. Цветы покрыли дворцовый зал и дворцовые крыши, и жители города, мужчины и женщины, в изумлении смотрели в небеса.

21. Никем ранее не виданный цветочный дождь, льющийся с чистого, как голубой лотос, неба без туч, изумил каждого и вызвал улыбки на лицах.

22. Дождь цветов, разбрасываемых невидимыми небесными сиддхами, длился долгих четверть часа.

23. Когда цветочный дождь прекратился, засыпав всё собрание, собравшиеся услышали слова сиддхов:

24. Мы, армия сиддхов, путешествовали во всех божественных пространствах с самого начала эпохи, но никогда раньше не слышали такие речи, выражающие самую суть писаний.

25. Такой прекрасной и возвышенно освобождающей речи, произнесённой бесстрастным Рамой, луной семейства Рагху, не слышали даже боги.

26. О, нам бесконечно повезло, что мы услышали эту благословлённую речь из уст Рамы, дающую огромное наслаждение для разума.

27. Прекрасные слова Рамы, украшения семейства Рагху, подобны сладкому нектару успокоения, уничтожающему страдания, сразу принесли нам понимание и пробуждение.

Этим заканчивается сарга тридцать вторая «Божественное одобрение» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи, ведущей к Освобождению, записанной Валмики.

Сарга 33. Собрание небесных и земных обитателей.

1. Сиддхи сказали:

Мы желаем услышать ответ великих мудрецов на эти очищающие и освежающие слова великого потомка Рагху.

2. О, великие мудрецы во главе с могучими Нарадой, Вьясой и Пулахой! Придите поскорее к нам сюда вместе со всеми великими риши!

3. Давайте соберёмся все в этом благочестивом золотом зале короля Дашаратхи, подобно пчёлам, слетающимся на цветок лотоса.

4. Валмики сказал:

Сказав это, все небесные сиддхи, вся компания божественных муни, опустились с небес в зал собраний.

5. Там был непобедимый Нарада, король мудрецов, и далее Вьяса, тёмной комплекции, подобный туче,

6. Брхригу, Ангирас, Пуластья и другие величайшие муни в окружении мудрецов Чьявана, Уддалака, Ушира, Шаралома и множества других.

7. Они опустились, задевая друг друга одеждами из оленьих шкур, качающимися чётками и сосудами для воды;

8. Сияя, как звезды в небе, как блистающие цветы патала, их украшения освещали друг друга подобно солнцам.

9. Как драгоценности в гирлянде, они украшали друг друга своими разноцветными отблесками, и в присутствии друг друга становились ещё более блистательными, как жемчужины в жемчужном ожерелье.

10. Некоторые были подобны сияющим солнцам, некоторые напоминали все фазы полной луны, некоторые были подобны потоку лунного света.

11. Вьяса сиял, подобно облаку среди звёзд, Нарада — подобно прохладным лучам целого моря звёзд.

12. Пуластья сиял, подобно ярчайшему богу среди богов, Ангирас был подобен солнцу среди богов.

13. Так эта огромная армия сиддхов спустилась с небес на землю, прямо в зал дворца Дашаратхи, наполненный мудрецами.

14. И эта блистающая толпа небесных и земных обитателей смешалась между собой, и их приумноженный блеск сиял во всех направлениях.

15. Некоторые — с бамбуковыми палками в руках, некоторые — с прекрасными лотосами, некоторые — со связанными травой пучками волос, некоторые — с волосами, украшенными драгоценными камнями.

16. Волосы некоторых скручены и собраны в пучки или узлы, у некоторых крашеные в красный цвет, у некоторых — спутаны. Некоторые украсили свои руки чётками из рудракши, некоторые сплели их из цветов жасмина.

17. Некоторые были одеты в одежды из коры, некоторые — в разукрашенные шелка и гирлянды. На некоторых был только пояс из травы, некоторые напоминали разноцветных павлинов с раскрытыми хвостами.

18. Васиштха и Вишвамитра приветствовали по очереди небесных обитателей пуджей, водой, приветственными словами и омовением ног.

19. И обитатели небес тоже в свою очередь уважительно приветствовали Васиштху и Вишвамитру пуджей, водой, омовением ног и приветственными словами.

20. Со всем уважением, король приветствовал всех сиддхов, и компания сиддхов приветствовала короля задавая долженствующие вопросы о его благополучии.

21. Небесные и земные обитатели поприветствовали и поклонились друг другу, и разошлись по своим местам.

22. С хвалебными словами и дождём цветов они приветствовали Раму, который приветствовал их пуджей и поклонами.

23. Затем Рама, благословлённый богиней Лакшми, занял своё место среди них, и Вишвамитра, Васиштха, Вамадева и министры заняли свои места.

24. Здесь были Нарада, сын Брахмы, великий мудрец Вьяса, а также Маричи и Дурваса, мудрый Ангирас,

25. Крату, Пуластья, Пулаха, мудрец Шаралома, Ватсьяяна, Бхарадваджа, и великий мудрец Валмики,

26. Уддалака, Ричика, Шарьяти, и Чьявана

27. И множество других, изучивших науки Вед и Веданг, знающих Истину, великих мудрецов и учителей — все они собрались здесь.

28. И затем Васиштха, Вишвамитра, Нарада и другие знающие Веды сказали Раме, потупившему взор:

29. Речь принца была полна прекрасных качеств, услаждающа для слуха и наполнена бесстрастием.

30. Она полна мудрости, достоинства и смелости, возвышенна, приятна, благородна и ясна.

31. Кто был не заворожён этими словами Рамы? Их смысл ясен и понятен, как только можно пожелать, ко всеобщему удовлетворению.

32. Только один из сотен мог бы произнести подобную речь, удивительную и сподвигающую всех на размышления, с удивительным искусством выражающую смысл и достойную самой Сарасвати.

33. О принц, кто, как не ты, вкусивший плоды мудрого различения, достоин дальнейшего обучения окончательной, острой как стрела, мудрости?

34. В сердце Рамы горит лампа мудрости, светя другим. Воистину, только такой может считаться действительно человеком.

35. Глупцы наслаждаются телом, которое — просто движущийся агрегат из крови, мяса, костей и многих других частей, но оно не привлекает разумного человека.

36. Снова и снова повторяющиеся рождение, смерть, старость и страдания преследуют тех заблуждающихся животных, которые не задумываются над этими кругами сансары.

37. Редкий человек с чистым разумом задумывается и вопрошает о причине и следствии, прошлом и грядущем, подобно Раме.

38. Таких людей трудно найти во всем этом мире, прекрасных по виду, как удивительные плоды душистого мангового дерева.

39. И сейчас мы встретили того, чей разум видит преходящесть всех объектов мира, и обладает прекрасным различением сути.

40. Множество деревьев растёт в нашей стране, покрытых цветами и плодами, но ни одно не сравнится с прекрасным сандаловым деревом.

41. Множество деревьев растёт в лесу, с разными цветами и плодами, но редко чудесное несравнимое гвоздичное дерево.

42. Рама прекрасен, как прекрасен прохладный свет луны, как цветок чудесного дерева, как аромат цветка.

43. Почти невозможно достичь истину, О дваждырождённые, в этой горящей сансаре, где прекрасное и возвышенное соседствует с дурными стремлениями и желаниями.

44. Те, чьи мысли постоянно направлены на эту достойную цель, кто единственным богатством почитает Истину, и достигает её, считаются лучшими из людей.

45. Мы думаем, что нет никого во всех мирах, сравнимого с Рамой в различении истинного.

46. Глубокое понимание Рамы изумляет нас всех. Если его вопросы не будут отвечены, то мы будем не мудрецами, а неразумными глупцами.

Этим заканчивается сарга тридцать третья «Небесные и земные обитатели» книги первой «О разочаровании» Маха—Рамаяны Шри Васиштхи в 32 тысячах строф, ведущей к Освобождению, записанной Валмики со слов посланца богов.

Так заканчивается книга «О разочаровании».